Материал из OurBaku
Перейти к: навигация, поиск

Бабаев Рафик - музыкант, композитор

1936 - 1994


Rafik babayev.jpg
Ныне имя выдающегося джазового музыканта, пианиста Рафика Бабаева – невероятная гамма эмоций, ощущений, переживаний: всякий раз – предчувствие и ожидание чего-то раньше непознанного, нового, нерасслышанного, и всякий раз – всё ещё неизбывная горечь утраты, потери, всё ещё ощущение прерванности и недосказанности чего-то важного, сокровенного.

Ныне имя Рафика Бабаева – осознание того, что индивидуальное в джазе не есть противоборство, отрицание, несовместимость с общим; что индивидуальное в джазе – это то, что не даёт общему превратиться в догму, незыблемость, тотальность для всех.

Ныне имя Рафика Бабаева – постижение того, что джазовая музыка ничего в мире не способна улучшить, что джазовая музыка ничто и никому не может навязать, в ней лишь присутствует возможность прояснить некие собственные в нас устремления, смыслы и нереализованности. И всё-таки, прежде всего, имя: Рафик Бабаев сегодня – история и традиция азербайджанского джаза.

Rafig1.jpg
Рафик Фарзи оглу Бабаев – родился 31 марта 1936 года в Баку, в семье многодетной и музыкальной.


Когда в 1937 был расстрелян, как «враг народа», его отец, то Шахбегим Бабаевой пришлось, пройдя сложнейшие жизненные испытания, в одиночку «выводить в люди» пятерых детей.

Старшие сёстры, Марзия и Василя, выбрали арфу и фортепиано, брат Октай стал хорошим джазовым саксофонистом, младшая сестра, Армануса, предпочла профессию музыковеда.

Сам Рафик начальное музыкальное образование получает в Специальной музыкальной школе (1943-1950), позже поступает в Бакинское музучилище (1950-1954), на выпускном экзамене которого играет композицию Билла Эванса (за что удостаивается особой похвалы Фикрета Амирова), а далее начинает раздумывать, какую стезю предпочесть: музыкальную или математическую? Неизвестно, потеряла ли наука большого учёного, но то, что мы приобрели большого музыканта – сейчас уже сомневаться не приходится.

Азербайджанскую государственную консерваторию Бабаев завершает, как пианист, в 1959 году по классу Рауфа Атакишиева.

Будучи студентом консерватории, работает с 1954 по 1958 вместе с А.Ганиевым, Л.Имановым в ансамбле народных инструментов кинотеатра «Араз» – хотя работа эта, видимо, не столько веление души, сколько обусловленность тяжелого домашнего материального положения, а в 1955 создаёт свой первый джазовый коллектив – квартет с В.Сермакашевым, А.Ходжабагировым и В.Багиряном, с которого, собственно, и начинается его подлинная джазовая жизнь.

В 1957 с успехом представляет родной Баку на Всемирном фестивале молодёжи и студентов в Москве. Утверждает, что как джазовый музыкант сформировался в начале 50-х под влиянием Дж.Колтрейна, Т.Монка, Б.Эванса, О.Питерсона, но не менее определяющим для творческого роста считает и знакомство на Московском фестивале с коллективами Б.Рычкова, А.Зубова, Г.Гараняна, Н.Капустина, К.Бахолдина, А.Гореткина.

В 1958-59 является пианистом в эстрадном ансамбле в Комитете по радиовещанию и телевидению, где выступает с Ш. Алекперовой, С. Кадымовой, с 1960 по 1963 участвует в трёхгодичном турне в качестве музыкального руководителя эстрадно-джазового оркестра французского шансонье Ж. Дуваляна, наконец, в течение двадцати лет – 1963-83 – работает с Рашидом Бейбутовым, то в роли концертмейстера, то музыкального руководителя Театра песни.

В этот период Рафик пишет большое количество оркестровой музыки, аранжирует практически все произведения, исполняемые в коллективе, пытается совместно с Бейбутовым расширить и углубить сферу музыкального диалога и взаимопроникновения различных культур.

В бабаевском коллективе всегда работали музыканты высокой джазовой выучки: Ю.Сардаров, А.Ходжабагиров, М.Петросов, Т.Шабанов, А.Дадашьян, Р.Рзаев.

Однако, сама специфика жанра – Театр песни, не позволяла постоянного джазового поиска, риска и обретения. Возможно поэтому, дважды, в 1965-66 и 1970-71 годах, уходит вместе со своим составом музыкальным руководителем в вокально-инструментальную группу «Гая», где совместно с Теймуром Мирзоевым, А.Гаджиевым, Рауфом Бабаевым, Л.Елисаветским и Тофиком Мирзоевым экспериментирует в области джазового вокала и инструментального к нему контрапункта.

И возможно, поэтому же, в 1965 г. отправляется в Махачкалу, где сотрудничает с Мурадом Кажлаевым и где «Гая» на короткий срок переименовывается в «Гуниб».

А вообще-то, он не был бойцом, идущим напролом и сметающим все препятствия, как, впрочем, не был пессимистом и нытиком, опускающим руки при первой неудаче. С властью никогда не заигрывал, в придворные музыканты не набивался, правда, и не диссидентствовал особо.

Просто день за днём, год за годом честно свершал свой нелёгкий джазовый труд. Со временем стал всё больше понимать, что для музыканта джазовый язык не является коммуникативным или информативным средством, но исключительно способом мышления. И в этом раскрепощении собственного музыкального языка видел своё дальнейшее творчество.

Бесконечные гастрольные маршруты, бесчисленные гастрольные пути-дороги. В промежутках успевает, однако, с успехом выступить на знаменитом Таллиннском фестивале 1967 года, где вместе с Сардаровым, Ходжабагировым, Дадашьяном, Сермакашевым становится лауреатом; в конце 60-х инициирует проведение Бакинских джазовых фестивалей; удачно выступает на Новосибирском (1969) и Куйбышевском (1970) джаз-фестивалях; пишет много киномузыки; записывает пару дисков; с 1983 по 1991 выполняет обязанности руководителя и дирижёра Эстрадно-симфонического оркестра радио и телевидения; в 1985 на ХII Всемирном фестивале молодёжи и студентов в Москве представляет синтетический проект джаза и мугама совместно с Акифом Исламзаде; создаёт в 1986-м при Бакинском музучилище отделение эстрадной музыки с джазовым уклоном; замечательно играет на фестивалях в Тбилиси (1986) и Баку (1987, 1992); участвует в различных акциях, экспериментируя с электронной и этнографической музыкой.

В 1992 году Бабаев организовывает первую в стране частную студию, где записывается с собственной джаз-группой «Джанги». Не забыть ещё, что в 1983 впервые представляет будущую звезду азербайджанского джаза Азизу Мустафазаде, выступившую с коллективом Бабаева в новом амплуа солистки-вокалистки.

Джаз для Рафика был не просто образом жизни, самоощущением или возможностью воплощения творческих замыслов, но и предметом глубокого исследования, изучения, проникновения. Но только таким предметом, который всегда больше знания о нём, всегда шире и значительнее любых о нём представлений и пониманий. И волновали в джазе азербайджанского музыканта вопросы собственного истока, собственного ни на кого не похожего музыкального языка. В этом смысле, джаз был для него той единственной силой, способной открыть нечто истинное, подлинное в себе самом, силой, способной вернуть самому себе нечто утраченное и потерянное.

И хотя, Рафик никогда не спекулировал национальной экзотикой, никогда не опускался до этнографических профанаций и симуляций, вся его творческая жизнь была посвящена одной цели – понять и собственное место в мире джазового искусства, и место культуры, которую он представляет. Не случайно, столь занимали его в джазе проблемы национального и космополитического, своего и другого, родного и иного.

Оттого, наверное, в одном из последних интервью высказал мысли крайне важные и для него самого, и для всех нас: «Что такое азербайджанский джаз? Это органичное вживление азербайджанских интонаций в классическую джазовую структуру… Азербайджанская музыка вся построена на мугаме, поэтому, естественно, необходимо знание мугама, мугамных интонаций, и знание джазовых стандартов, и умение органично использовать их в джазовых композициях… Цитаты совсем ушли, но интонирование присутствует в глубине каждого пласта, в партии каждого музыканта ансамбля. Это можно назвать полифонической азербайджанской джазовой музыкой».

Теперь можно лишь предполагать, как сложились бы судьбы национального джаза и самого музыканта, не оборвись трагически его жизнь в 1994 году. Теперь можно только предполагать… Хотя, кажется, что именно Рафик в последние годы более всех нас понял что-то главное и о национальной, и о мировой традиции джаза.

Финальный альбом Бабаева «Ностальгия» завершат его последователи: Джамиль Амиров и Сиявуш Керими. Творчество Рафика в Азербайджане окажет существенное влияние на столь разноплановых джазовых музыкантов, как Салман Камбаров, Эмиль Ибрагим, Тофик Джаббаров, Рауф и Раин Султановы, Алескер Аббасов, Рашад Гашимов, Вагиф Герайзаде…

Трагическая гибель Рафика Бабаева потрясла не только азербайджанский народ. 19 марта 1994 года взрыв, произошедший на станции метро, оборвал жизнь прекрасного музыканта и жизнерадостного человека на самом важном и ответственном этапе его жизни. Он мог бы сделать еще очень много для искусства и подрастающей молодежи. Гибель Рафика стала страшным потрясением для его супруги Фариды ханум и двух дочерей.

После его гибели именем Бабаева назовут школу, в память о нём снимут фильмы и устроят концерты, вечера. Говорят, скоро даже выпустят в честь Рафика книгу. Мне же хочется сказать только одно: в джазе он был из тех, кто, допуская возможность бесконечного, оставлял, тем самым, и крохотный шанс собственной бесконечности. Рафик с удовольствием сотрудничал и исполнял музыку многих азербайджанских композиторов: Уз.Гаджибекова, Т.Кулиева, Р.Гаджиева, А.Меликова, Х.Мирзазаде, Э.Сабитоглу, Р.Миришли, А.Ализаде, Ф.Караева, Ф.Ализаде… Он был предан своей семье и очень любил жену Фариду и своих дочек: Гюляру и Фаризу. Все трое, к слову, музыковеды…

В альбоме из восьми дисков собрана практически вся музыка Бабаева. Здесь не только самобытность и неповторимость джазовых композиций, но и эстрадные песни в исполнении Бейбутова, Бриллиант, М.Тагиева, и разнообразная музыка для кино, и оригинальные обработки этнографического материала, как для малого ансамбля, так и для эстрадно-симфонического коллектива.


Источник: ЗДЕСЬ


Из воспоминаний Олега Иосифовича Вечхайзера (Нижний Новгород) 15.10.2010

Наши семьи соседствовали с 1942 года по примерно 1980 год. Был общий коридор - место встреч и расставаний. Жили мы в центре Баку по улице Азизбекова, дом №17. Наша квартира была под номером два, Бабаевых - третья. Жили с соседями дружно, правда, иногда Рафик меня поколачивал, когда я невольно мешал его занятиям.

Стены дома были тонкими, и весь классический учебный репертуар пианиста был мне знаком, тем более, что я сам занимался на скрипке. Вспоминаю " Времена года" Чайковского, особенно "Май" и "Баркаролла". Как он разучивал фортепианный концерт Грига я видел, сидя у них на подоконнике (пианино стояла рядом с ним).

Откровенно говоря, я не помню его ранних увлечений джазом. Репертуар был строго классическим. Джазовые импровизации слышны были из-за стены уже после окончания им консерватории. Фанатиком в этом деле выступал его старший брат Октайчик, уже в зрелом возрасте одолевший саксофон. Причем дул он настойчиво и успешно в ванной комнате (той, что выходила во двор), чтоб не мучить соседей.

Семья была восхитительной. Все дети были по-своему обаятельны, как и их замечательная мать. которую мы на русский лад звали тетей Шурой. На моих глазах ее дети выходили замуж или женились,причем браки порой бывали межконфессиональными, как это нередко бывало в то , уже старое, временя.

Еще до моего отъезда из Баку у Рафика родились дочери, причем младшая - Зия, старше моего сына всего на год.Я уехал из Баку, но родители мои оставались жить на прежнем месте, и в каждый мой приезд обязательно мы встечались.
На мой взгляд, радость общения был взаимной. Вот тогда-то уж я наслышался его обработок народной музыки. И он стал тем, кем его знали широкие слои общественности. Его трагическая смерть была для меня ударом.И по сей день я помню его чудную улыбку и словно слышу:"Алёшка, как дела"

Отсюда

comments powered by Disqus
Рекомендация close

Главная страница