Материал из OurBaku
Перейти к: навигация, поиск

Бакинские амбалы

Пристани и улицы Баку наводняли амбалы - носильщики, принадлежавшие к низшим слоям чаще всего персидскоподданных. Целый день с паланом за спиной амбалы неутомимо рыскали по улицам и пристаням в поисках заработка.

Стерео.jpg


Персидские слова «амбал» (первонач. «друг, товарищ», в обиходе – «грузчик на волжской пристани», с переносом смысла – «сильный, могучий человек»), «зимбиль»–«зембиль» (особая плетеная сумка) и мн. др. вошли в диалекты русского языка всей Астраханской области, а также степного левобережья Волгоградской и Саратовской областей, где издавна пролегали торговые пути от Каспия к центру России.

В.М.Викторин "Исторические связи Астраханского края с Прикаспийскими регионами Ирана и современные ираноязычные группы населения в этнической структуре области


Сергей Городецкий "Амбалы"

Могучее тело, но как же иссохло!
В глазах само небо, но смотрят как стёкла.

Для мыслей свободных чела очертанья.
Но врезаны резко морщины страданья.

Слова словно стрелы: в них слышится битва
И голода голос: «Дай хлеба, не сыт я!»

И целыми днями, подобно животным,
Лежат они стадом на береге потном.

Один, и другой, и десятки - повсюду
Свалились амбалы в покорную груду.

То дремлют, то вшей на рванье своём крошат
И ждут, отупев, чтоб досталась им ноша.

Подходит хозяин. Вскочили толпою,
Бранятся, дерутся со злобой слепою.

Потом по-верблюжьи пригнутся и спину
Подставят под тяжесть, верёвку закинув.

И рабская радость по пыльной дороге
Потащит за хлебом голодные ноги.

Довольно позора! Свергайте насилье!
Всё ваше полей и садов изобилье!

Для вас благовонием пенятся розы
И никнут под тяжкими гроздьями лозы.

Для вас корабли, и дворцы, и верблюды,
И моря щедроты, и горные руды.

И песни Хайама, и нега кальяна.
Усталые ноги достойны сафьяна.

Сорвите лохмотья! Шелка Кашемира -
Вот ваша одежда, властители мира!

1920, Баку

Д. А. Лухманов. Жизнь моряка.

Управляющие общества «Кавказ и Меркурий» подбирались из отставных адмиралов и капитанов первого ранга, мало знавших морское торговое дело и мало в него вникавших. Поэтому Аджи-Ага[1], выросший на каспийских судах и пристанях, был в Баку фактическим распорядителем пароходства. Однако Аджи-Ага не был важен и заносчив, и его можно было видеть весело болтающим и с важными капитанами, и с нами — помощниками и суперкарго, и с матросами, и с черно-бронзовыми полуголыми «гололобыми» амбалами, которых насчитывалось под его командой несколько сот.

Островский Александр Николаевич "Дневники" 11 октября 1883 - Вторник.

Встали в 6 часов. Погода хорошая, летняя. Брат уехал на Божий Промысел с своей свитой, а я остался, очень измучен, нужно отдохнуть. (Курьезы цен. В Елизаветполе сено 80 к. пуд, а виноград - 35 к.; в Баку бутылка молока - 1 р. 20 к., а фотоген-40 к. пуд.) Под окнами водовозы верхом на ослах с 4 глиняными кувшинами, на гору тянется нога за ногу караван верблюдов, стоит нагнувшись амбал, и его нагружают, как верблюда. (Заменяет ломовых извозчиков.) Весь день просидел дома.


Аллилуева А. "Воспоминания."

Здесь все происходит на улице. На улице стригут и бреют. Я останавливаю дядю Ваню, чтобы поглядеть, как работают уличные цирюльники. Мужчины поднимаются с низких скамеечек и надевают на выбритые посредине головы замусоленные, грязные шапочки. Это носильщики тяжестей, амбалы - так их зовут в Баку.
Я вижу, как они идут посредине улицы, сгибаясь и вздрагивая под непомерной ношей. Мне кажется: вот-вот они упадут. Подложив под головы веревочные носилки, амбалы спят в пыли, прямо на тротуаре. Это меня удивляет.
- Почему они спят здесь, а не дома, в комнате? - спрашиваю я дядю Ваню.
- А откуда ты знаешь, есть ли у них дом? - говорит он. - Им, наверное, больше негде спать, раз они лежат прямо на улице...
"Бедные, - думаю я. - Почему им никто не поможет? Почему, не замечая валяющихся в пыли амбалов, проходят мимо нарядные люди?"


Лев Зильбер «Операция "Руда"»

К вокзалу часто подходили верблюды, со спин которых снимали кладь, отправляемую дальше по железной дороге. Эти спокойные и неповоротливые животные и идущие рядом новенькие, веселые вагончики электрички как бы символизировали прошлое и настоящее Баку. Всю зиму продавали на улицах цветы. По городу ходили амбалы с большими жбанами на спине. Они предлагали свой товар — керосин и воду. Рояли, если нужно было переместить их из дома в дом, носили на плечах. Пять человек легко несли рояль из одной части города в другую.

Манаф Сулейманов "Дни минувшие"

Вдоль Набережной (она еще называлась улица Александра II), начиная от пристани пароходного общества «Кавказ и Меркурий» и до Садовой, располагались лавки иранских купцов. Они занимались оптовой торговлей сухофруктов - кураги, кишмиша, хурмы, орехов, миндаля, пряностей, риса и другого товара. В нижних этажах двух- и трехэтажных особняков размещались магазины, наверху жили сами владельцы.
Эту часть города наводняли амбалы - бакинские носильщики. Двух известных амбалов - Аршака и Дадаша - знал весь горой. Целый день с паланом за спиной они неутомимо рыскали по улицам в поисках заработка. Утром и вечером друзья довольствовались стаканом сладкого чая и хлебом с сыром, на обед как правило, съедали миску пити. Однажды после обеда, с сожалением поглядев на пустую миску, один из них говорит другому: «А губернатор, если захочет, может каждый день по две миски пити заказывать. Везет же людям!».Этот проспектбыл всегда волов конных казаков.
В «Амшари паланы» (кварталы, где проживали южноиранские рабочие) селились только самые бедные персы. Сколачивали из старых досок, ржавого железа лачуги, заселяли темные сырые подвалы. В одной небольшой каморке порой теснилось по пять-шесть человек. Спертый воздух, зловоние… Когда опускались сумерки, вверх по Каменистой улице тянулся бесчисленный поток амбалов-носильщиков, чернорабочих с промыслов и заводов. Одетые в тряпье, перепачканные мазутом, голодные… После изнурительного двенадцатичасового рабочего дня… Жили они одной надеждой - подзаработать денег и вернуться на родину, к своим семьям.
В непогоду грязь доходила до колен, в ухабах и выбоинах стояли лужи. Порой было невозможно перейти улицу, и тогда носильщики-«амбалы» перетаскивали пешеходов на своей спине.
Место, где построили оперу, было в крайне запущенном состоянии. На фоне ветхих лачуг, старых одноэтажных домов здание театра выглядело особенно величественным. Улицу вокруг оперы не успели замостить, и после дождя грязь здесь поднималась до колен. Это создавало большие неудобства для театралов. Многие, чтобы не запачкаться, нанимали за деньги амбалов. Утопая в непролазной грязи, те несли на закорках до фаэтонов и карет разнаряженных мужчин и женщин. А наутро рассказывали друзьям, какие аппетитные красотки побывали у них ночью в объятиях.

Евгений Войскунский "Трудный путь воды" "Вокруг света" 1972 №6(2561)

Уже при Советской власти водопровод достраивался. Его мощность значительно возросла, но не поспевала за ростом города, за гигантским размахом разведки и эксплуатации новых нефтяных месторождений.
Менялся облик города. По набережной, по Балаханской улице побежали краснобокие трамваи, сменившие конку. Первая в стране электрическая железная дорога соединила Баку с поселком Сабунчи — центром старейшего на Апшероне нефтепромыслового района. Среди солончаковых трав, полупустынных эфемеров поднимались новенькие рабочие поселки. На бакинских улицах появились зарешеченные люки ливнеспуска. (А то ведь как было: осенние проливные дожди едва не затопляли город, по улицам бежали быстрые желтые реки, и амбалы, грузчики с плетенными из веревки торбами-паланами за спиной, переносили людей с одной стороны улицы на другую, а за дополнительную плату могли донести на-закорках и до дома.)


Валентин Рыбин. Море Согласия - исторический роман.

Жарко и безлюдно было на пристани. Корабли с убранными парусами покачивались на волнах. Кое-где на палубах виднелись матросы. Иногда в гавань прибывали из Дербента, Ленгеруда или Астрахани парусники. Появление каждого купеческого судна вызывало оживление на берегу. Смуглые мускулистые амбалы голодными псами лезли из подземелья, бросались к кораблю, чтобы заработать на кусок хлеба. Но разгрузка длилась недолго. Купцы со своими гостинодворцами спешили в духаны — выпить чашечку-другую кофе и отдохнуть в тени. Амбалы, получив свое, опять скрывались под землею. Баку славился своими подземными лабиринтами. В них ютилось множество бродяг. Вход хорошо одетому, сытому туда был заказан. Даже военные — кирасиры и артиллеристы, коими был с лихвою заселен город, — побаивались входить в темные вонючие трущобы.

Примечание:

  1. Имеется в виду Гаджи Ага Дадашев
comments powered by Disqus
Рекомендация close

Главная страница