Материал из OurBaku
Перейти к: навигация, поиск

Зейдман Борис Исаакович - композитор, педагог

Seydin-4.jpg

1908-1981

Борис Исаакович Зейдман родился 28.1.(10.2.)1908г. в Петербурге.
В 1931 г. окончил Ленинградскую консерваторию по классу композиции профессора М.О.Штейнберга. Преподавал в классе композиции и инструментовки музыкального техникума при Ленинградской консерватории, заведовал композиторским отделением техникума.
В 1933-1936 гг. учился в аспирантуре Ленинградской консерватории у профессора М.О.Штейнберга.

Seydin-1.jpg


Одновременно в 1935-1939 гг. преподавал композицию в Ленинградской консерватории, где преподавал Афрасиябу Бадалбейли.


Тогда же у них завязалась личная и творческая дружба, продолжавшаяся всю жизнь.

Письма Б. Зейдмана, написанные А. Бадалбейли в 1938 – 1970г.г.



С 1939 г. Борис Исаакович Зейдман работал в Азербайджанской государственной консерватории в Баку.
В 1949 г. он был утвержден в звании профессора и в должности заведующего кафедрой композиции Азербайджанской консерватории.

Из воспоминаний композитора Мурата Кажлаева:

Представляете, послевоенное радио. Звучала музыка, ранее не известная. Впервые в таких масштабах мы слышим Дебюсси, Равеля, которые очень осторожно изучались в консерватории в те годы. Я уж не говорю о потоке джазовой музыки! Голова кружилась от звуков. И я, безусловно, был увлечен новым потоком.
Вступительные экзамены. Меня принимают без проблем, потому что до этого я занимался в классе т.н. "юного творчества" у своего же профессора – Бориса Исааковича Зейдмана, к которому и должен был поступать. Но случилось так, что Зейдман уехал из Баку на год в Среднюю Азию. И я как бы поступил к нему, но в его класс не попал.
А поступил я на "отлично". Потому что Зейдман меня держал в "ежовых рукавицах". Он знал, что вечером я могу играть в ресторане где-нибудь, он знал, что на лето я уезжаю работать на Рижское взморье с джазовым трио…

Зейдман говорил: "Там ты можешь делать, что хочешь. Но ты пришел ко мне, изволь делать то, что я требую".

В 1944—1949г.г. являлся заместителем председателя, в 1949—1953 ответственным секретарем правления Союза композиторов АзССР.
Автор статей, посвященных творчеству азербайджанских композиторов.

С 1957 г. и до конца жизни заведовал кафедрой композиции и инструментовки Ташкентской консерватории.
Одновременно участвовал в организации кафедры композиции во вновь открытом Ростовском музыкально-педагогическом институте и руководил ею, совершая длительные перелеты в 1967-1970 гг. И перподавал там класс композиции.

Из воспоминаний композитора, заслуженного деятеля искусств России, профессора Л. П. Клиничева:

Я еще учился в аспирантуре Московской консерватории, когда Баласанян, у которого я уже был ассистентом, сказал, что в Ростове-на-Дону открывается новый вуз — Музыкально-педагогический институт, где я сразу могу возглавить отделение композиции. А моя семья «болела» «Тихим Доном». Напутственные слова мне сказал тогда Шостакович, который возглавлял в то время Союз композиторов России — мол, вы едете туда, где есть хорошие музыкальные традиции, мы заинтересованы в молодых «на местах».

В Ростов пригласили и моего педагога из Ташкентской консерватории Зейдмана Бориса Исааковича. Он ездил сюда год. Но все таки тяжело из Ташкента добираться, и он сказал: «Леня, ты прекрасно справляешься сам!»


Сочинения:

  • Оперы

Гнев народный (совм. с А. Бадалбейли, Баку, 1941),
Маскарад (по М. Лермонтову, Баку, 1945),
Горе от ума (по А. Грибоедову, Баку, 1949),
Сын полка (по В. Катаеву, Баку, 1955),
Зайнаб и Омон (совм. с Т. Садыковым, Ю. Раджаби и Д. Закировым, Ташкент, 1958),
Двенадцатая ночь (по В. Шекспиру, Ташкент, 1968),
Русские люди (по К. Симонову, Ташкент, 1970);

  • Балеты

Золотой ключик (либретто – А. Бадалбейли, Баку, 1957),

Человек, который смеется (по В. Гюго, Ташкент, 1962),
Сорока-воровка (1965),
Дракон и солнце (Самарканд, 1967);

  • Музыкальные комедии

Швейк на германской службе (1942),
Ферганский рассказ (совм. с Т. Джалиловым, Ташкент, 1959),
Сын женится (совм. с Ю. Раджаби и С. Юдаковым, Ташкент, 1964)

  • Произведения для оркестра

драм. симфония Хосров и Ширин (1941),
симфонии Песни борьбы (1966)
Дни весны — 1971 (для струн. орк.),
3 увертюры на азерб. нар. темы (1949, 1950, 1951),
Рапсодия (1954);
2 концерта (1963, 1970);

  • Концерты с оркестром

2 - для фортепиано(1931, 1935),
для скрипки (1968),
2 - для альта (1938, 1964),
для фагота (1938),
для виолончели (1949);
3 - струнных квартета (1945, 1963, 1971);
фортепианный квинтет (1965),

  • Для фортепиано

соната (1946),
2 сонатины (1970, 1971),
24 дет. пьесы (1945);

  • романсы;
  • хоры,
  • музыка для кино

художественный фильм "Подводная лодка Т-9"

Принимал участие в конкурсе на создание Гимна СССР (1943г.), за что в числе других композиторов, принявших участие в работе по написанию музыки получил благодарность от Совнаркома СССР и денежное вознаграждение в размере 4-х тысяч рублей.

И в Азербайджане, и в Узбекистане Зейдман создал композиторские школы, давшие ряд выдающихся композиторов, таких как М.Кажлаев, С.Гаджибеков, Р.Вильданов, Ф.Амиров, Э.Назирова, Э.Салихов, Д.Джангиров, Н.Мухатов и другие.

Заслуги Зейдмана отмечены званиями заслуженного деятеля искусств Азербайджанской (1956) и Узбекской (1964) ССР, народного артиста Узбекской ССР (1978), лауреата Государственной премии Узбекской ССР (1969), орденом «Знак Почета» (1959).

Умер Борис Исаакович Зейдман 1 января 1981г.
Похоронен в Ташкенте.


ВСПОМИНАЯ БОРИСА ЗЕЙДМАНА

(газета "Новости Узбекистана" от 15.02.2008г.)

В эти дни музыкальная общественность республики отмечает столетие со дня рождения композитора и педагога Бориса Исааковича Зейдмана - профессора, народного артиста Узбекистана, заслуженного деятеля искусств Азербайджана. Б. И. Зейдман был музыкантом большой культуры, профессиональной окрыленности, глубоко интеллигентным че6ловеком, чей авторитет в музыкальной среде был безграничен.
Он вошел в историю музыкального искусства Узбекистана с именами "Солнышко", "Наставник двух национальных композиторских школ - узбекской и бакинской".
В квартире-музее Бориса Исаакрвича Зейдмана осталось все как прежде. Домашние постарались сохранить в неприкосновенности немногочисленные вещи Большого Музыканта: массивный письменный стол, старинного образца радиолу, самодельные стеллажи с любимыми книгами и занимающий почти всю площадь кабинета старенький рояль "Беккер"... Именно за этим роялем рождались многие замечательные произведения композитора. За ним до последнего часа, будучи уже тяжело больным, он занимался со своими учениками. Говорят, что великие артисты умирают на сцене. А Большие Музыканты - прижав к груди скрипку или прислонившись к роялю...

Когда-то эта комната была полна людей. К профессору Зейдману приходили его многие ученики, друзья, коллеги... Приезжали из других городов просто слушатели, любители музыки. И этот дом, эта комната всегда были открыты для всех. И сам он был открыт всем. Он жил и творил по высоким морально-этическим меркам. Его называли совестью музыкальной общественности республики. И это проявлялось во всех его поступках.
Знаком высокой этической культуры Зейдмана может служить и факт его дружеского общения с Д. Шостаковичем (учились в одной консерватории, на протяжении долгих лет сохраняли контакты)...

В чем был секрет привлекательной силы и обаяния Бориса Исааковича? В его облике сочетались искрометный ум, тонкость натуры, доброта, любовь к людям, благородство души.
Появление Б.Зедмана в обществе создавало атмосферу несравнимой духовности, которая объединяла и согревала всех присутствующих.
Его запомнили таким: высоким, подтянутым, пунктуальным, обязательным, со взором, обращенным к собеседнику, обладающим высокой культурой, искусством общения с людьми.
К нему обращались очень ласково, нередко языком поэзии. Даже в официальных письмах и документах были: "Дорогой наш человек", "Славный милый Борис Исаакович". А маэстро всегда был приветлив при встрече.

Судьба подарила мне счастье общения с этим удивительным, можно сказать, уникальным человеком. Я слушала его блестящие лекции по теме моей диссертации (связанной как раз с исследованием оперного творчества). Мне суждено было также присутствовать на педагогических семинарах, которые он вел. Борис Исаакович был одним из рецензентов на моей защите.

Словно в кадрах киноленты вспоминаются факты особого поклонения и признания еще при жизни Бориса Исааковича...
Кафедра хорового дирижирования Ташкентской консерватории в день 70-летия Зейдмана поздравила юбиляра "Музыкальной одой", в которой нотные строчки были сочинены его коллегами... Незабываемы и строки из поздравления коллектива филармонии: "Ваши творения вошли в золотой фонд музыкального искусства Узбекистана. Автор балета "Золотой ключик", вы нашли золотой ключик к сердцам творческой молодежи"...

На Востоке говорят: "Славен человек, посадивший хотя бы одно дерево". Честь и слава человеку, который вырастил целый сад творческих дарований.
За полвека общего педагогического стажа Борис Исаакович воспитал плеяду талантливых композиторов, таких как Ф.Амиров, С. Гаджибеков, Д.Джангиров, М.Кажлаев, Н.Мухатов, Д.Нурыев, Ш. Сайфитдинов.
Учениками "многонациональной школы" Зейдмана были и являются известные узбекские композиторы Р.Хамраев, Р.Вильданов, Т. Вильданов, Т.Курбанов, Н.Закиров, Э.Салихов, Д.Сайдаминова, А.Мансуров, Д.Амануллаева и многие другие.

Основным credo Зейдмана-педагога было максимальное раскрытие творческой индивидуальности в русле родной национальной стихии. Истинный учитель, он всемерно поддерживал таланты, постоянно выходя далеко за пределы своих официальных обязанностей.
Как-то один из "зейдмановцев" сказал: "Он был членом нашей семьи". Уже тяжело больной, он продолжал заниматься с учениками и общался с ними до последнего дня жизни.

В наши дни мы с благодарностью вспоминаем о большом музыканте, Учителе с большой буквы, человеке с большим сердцем и по достоинству оцениваем успехи его учеников-единомышленников, традиции глубокого человеческого общения, которые он проповедовал.
В Ташкентской консерватории написано 12 музыковедческих дипломных работ, посвященных его творчеству, а один из последних учеников - А.Печенюк - посвятил памяти учителя "Концерт для скрипки, альта и оркестра". А ныне известный в республике композитор Дилором Амануллаева посвятила учителю также музыкальный мемориал - Квартет "Памяти Зейдмана".

Вера ПЛУНГЯН, профессор Государственной консерватории Узбекистана.

О деятельности Б.И. Зейдмана

ТВОРЧЕСКАЯ ПРОДУКТИВНОСТЬ КОМПОЗИТОРА КАК ЗАЛОГ ЭФФЕКТИВНОСТИ ЕГО ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ РАБОТЫ. На примере деятельности Б.И.Зейдмана[1]

Насколько важен для композитора-педагога уровень его собственного творчества? Нам это представляется очень серьёзным фактором в деле воспитания композиторской молодежи.
Как правило, преподавательскую деятельность вели и ведут многие композиторы. К примеру, такие великие музыканты, как А.К.Глазунов, М.А.Балакирев, С.И.Танеев, Н.А.Римский-Корсаков, П.И.Чайковский, М.О.Штейнберг, Р.К.Щедрин, С.Слонимский и многие другие стремились передавать свой композиторский опыт молодежи.
В педагогической работе каждого композитора огромное значение имеет то, насколько сам он продуктивен, насколько интересно его собственное творчество.
Данную проблему мы попытаемся кратко рассмотреть на примере деятельности Б.И.Зейдмана, поскольку он занимает одно из видных мест в истории Государственной консерватории Узбекистана и становления узбекской композиторской школы.

Представитель Ленинградской композиторской школы, педагог с огромным опытом работы в Бакинской и Ташкентской консерваториях, автор многочисленных опусов, Борис Исаакович воспитал целую плеяду композиторов.
В Азербайджане это – Ф.Амиров, С.Гаджибеков, Д.Джангиров, А.Бадалдейли, А.Аббасов, Э.Назирова, С.Алескеров, И.Мамедов, Р.Мустафаев, А.Рзаева, М.Кажлаев и другие.
Так же плодотворна и многогранна была педагогическая деятельность Зейдмана в Узбекистане. Его выпускниками являются такие известные сегодня композиторы, как Р.Вильданов, А.Мансуров, Т.Курбанов, Н.Закиров, Э.Салихов, Р.Хамраев, С.Карим-Хаджи, В.Милов, К.Кенджаев, З.Туйчиева, А.Каландаров, Ш.Шаймарданова, А.Атаджанов,Д.Сайдаминова, Д.Амануллаева, А.Варелас, И.Берлин, Д.Янов-Яновский, Э.Пак, Р.Ташматов в Узбекистане; Д.Нурыев и Н.Мухатов в Туркмении; Ш.Сайфитдинов в Таджикистане и многие другие.

Как педагог-композитор Борис Исаакович обладал двумя важнейшими качествами.
Во-первых, он никогда не подавлял творческую индивидуальность учащегося, как бы скромна ни была эта индивидуальность.
Он не навязывал ученику своих мнений, вкусов и приемов; он всегда умел почувствовать, поддержать, направить и развить творческие задатки ученика, способствуя его росту как художника. Эти прекрасные качества он унаследовал от своих учителей – М.О.Штейнберга и Х.С.Кушнарева.
Во-вторых, Зейдман превосходно умел учить композиторскому ремеслу, то есть сумме навыков и приёмов, которые необходимы для написания произведений самых различных жанров, и миниатюрных, и крупных.

Свой огромный педагогический опыт Зейдман обобщил в «Методических записках (курс композиции)».
В самом начале своих «Методических записок» Борис Исаакович справедливо пишет, что «…в разных консерваториях преподавание ведется по-разному, в зависимости от местных условий».
Он считал совершенно необходимым вникать в местную специфику, учитывать тот факт, что он находится в Узбекистане и что его студенты воспитаны на национальных традициях, отличных от европейских.

Одна из задач, ставящихся Борисом Исааковичем перед студентами уже на первом курсе – работа над гармоническим языком и фактурой – ещё раз подтверждает его внимание к местной специфике: он понимал, что восточные музыканты, воспитанные на монодических традициях, не имели представления о фактуре в плане её глубины и вертикали.
Зейдман в своих «Записках» специально останавливается на работе с национальными композиторами. Он опасался, что мотивная разработка якобы искажает национальный характер мелодии.
Борис Исаакович отмечает, что «в полифонии заложен правильный путь для развития национального многоголосия вообще и для освоения разработочного метода». И узбекская композиторская практика во многом подтверждает это интересное и важное наблюдение Зейдмана.

По словам Бориса Исааковича, педагог обязан следить за учёбой своих студентов по всем предметам, и даже вмешиваться в работу преподавателей, ведущих эти специальные дисциплины.

В его «Методических записках» подчёркивается мысль о необходимости с первых шагов воспитания студента привить ему понимание того, что «только содержание произведения определяет выбор средств выражения и форму». И действительно, осознание именно этого тезиса – гарантия от бессодержательных сочинений.

Главная наша мысль – о важности для педагога-композитора его собственного творчества – находит свое подтверждение и в «Записках» самого Зейдмана. Он пишет:

Педагог по композиции должен, так сказать, сочинять вместе со своими учениками, и, поэтому, чем творчески активнее учитель, тем лучше у него идет дело в классе...

Если студент видит, что его педагог – активный композитор-практик, он ему больше верит, особенно, когда учитель сам написал произведения в разнообразных жанрах.

Пример тому – сам Борис Исаакович и его творчество. В этом и кроется успех его педагогической деятельности.

А.Борзова, ст. IV к. КМФФ, Науч. рук.: д.и., проф. Н.С.Янов-Яновская

Примечание:

  1. Т Е З И С Ы Общевузовской (Узбекская государственная консерватория) научно-теоретической студенческой конференции «МУЗЫКАЛЬНОЕ ИСКУССТВО И МОЛОДЁЖЬ» (Ташкент,2008г.)


Источники:
сайт "Кино-театр"
Здесь
сайт "Мемориал Памяти"


--Jonka 23:19, 12 февраля 2014 (CET)

comments powered by Disqus
Рекомендация close


Главная страница