Материал из OurBaku
Перейти к: навигация, поиск

Книжные магазины Баку


Статья в работе


Церковные ведомости 1888 2.JPG
Продажа синоидальных изданий в библиотеке Бакинского собора

Из справочника "Баку и его окрестности. 1891"

Книжные магазины

  • Тараева - на Парапете
  • Ширазова - Колюбакинская ул., д. Ильясова
  • Каспийская книжная торговля - Парапет


Сведения о существующих в России типографиях, литографиях, металлографиях, заведениях, производящих и продающих принадлежности тиснения, фотографиях, а равно о местах книжной торговли, публичных библиотеках и общественных читальнях, составленные по 1-ое января 1894 года. Баку. Шемаха. Елисаветполь. Шуша

Svedeniya o photo 1894.jpg

Типо-литография

Тер-Ованесова, бакинского купца

Типографии:

  • 1.Болдыревой, жены члена елисаветпольского суда,
  • 2.Волчкина, бакинского купца,
  • 3.Гуревича, бакинского купца,
  • 4.Касабова, бакинского купца,
  • 5. Месропова, бакинского купца,
  • 6.Тер-Ованесова, бакинского купца

Литография:

  • 1.Демурова, тифлиского гражданина,
  • 2.Мирзабекянц Егора и Мирзаджана, купцов

Заведения, изготавливающие каучуковые штемпеля

  • 1.Волчкина, бакинского купца,
  • 2.Калустова, шемахинского жителя,
  • 3.Фишкина Абрама, дербентского жителя

Фотографии

  • 1.Арутюнова, шушинского жителя,
  • 2.Мишона, харьковского мещанина,
  • 3.Ростомянца, нухинского жителя,
  • 4.Шамхарова, дворянина

Книжные лавки и магазины

  • 1.Богдасарова, бакинского купца, торгубщего и другими товарами,
  • 2.Малхазова, бакинского купца
  • 3. и 4. Тараева, жителя Шемахи,
  • 6.Ширазова, бакинского купца, торгующего и другими товарами

Библиотеки для чтения

  • Армянского человеколюбивого общества, сущ. с 20.03.1880г.
  • Куткиной, жены управляющего Отделением Государственного банка, сущ. с 19.09.1889

Материал отсюда


1908

Book store br Taraevix.JPG
Книжный магазин Братьев Тараевых. Баку. Против Парапета


1926

Book shop.jpg
Книжный магазин газеты "Бакинский рабочий" - Баку. ул. Фиолетова, 8


Из воспоминаний Станислава Ашмарина

Книги, книги, книги...Иногда я сдавал прочитанные книги букинисту, чтобы купить новые. Скупочный пункт тогда был за углом старой «Академкниги», справа от армянской церкви. Пока мы сидели в маленьком коридорчике или стояли в очереди на улице, к нам подходили перекупщики или библиофилы, чтобы прямо «с рук» приобрести что-то новое или нечто старое. Скупщик их выгонял, а они опять возвращались, перемигивались со стоящими в очереди, одновременно шаря глазами в книгах в их руках, и вызывали кого-нибудь из очереди на улицу..

Перед концом обеденного перерыва толпа собиралась вновь, но уже у дверей магазина. Дверь открывалась, и люди мчались к прилавку, на который вываливались купленные в первую половину дня книги. И вот тут кто какую книгу успевал схватить. При мне прямо из-под носа увели редчайший в то время трёхтомник Ницше, зато я успел подтянуть к себе дореволюционный медицинский справочник-двухтомник с цветными вкладками анатомии человека с вырезанными контурами внутренних органов. Может он и предопределил мою вторую судьбу врача?

Книги отвлекали меня от дворовых игр. С одной стороны – до двенадцати лет я перечитал всё, на чём останавливался глаз, и это мне было интересно, а с другой – я многое потерял в общении со сверстниками. До сих пор с закрытыми глазами вижу, как они играют в лапту, а я прохожу мимо в библиотеку. Они играют в волейбол, а я иду мимо до Пассажа.

В Пассаже, в отделе книг на иностранных языках, я с восторгом увидел адаптированную тоненькую книжечку Александра Дюма «Три мушкетёра». По-французски я знал только «пардон-бонжур», но! – на обложке был рисунок машущих шляпами мушкетёров. Разве мог я пройти мимо и не купить? Подражательные фигуры четырёх друзей надолго вошли в мой домашнее и школьное творчество, но французский язык самоучкой я так и не одолел.

Издательство географической литературы выпускало книги, а они продавались в том же пассаже, о морских путешествиях и открытиях дальних заморских стран, фантастику В.Обручева – «Земля Санникова», «Плутония», «В дебрях Центральной Азии». Военное издательство печатало серию «Военные приключения» - маленькие книжечки на плохой бумаге, в быстро треплющемся переплёте. В серию входили и «шпионская» тема, и детективы о сыщике Ниле Кручинине. Продавались эти книжечки только в «Военторге» на Телефонной.

Со временем на прилавках магазинов появились двухтомник Аркадия Гайдара, трёхтомники Жюля Верна, отдельные повести Александра Дюма, Фенимора Купера. Издавались тоненькие, очень дешёвые, копеек за 20 каждая, книжечки советских писателей и зарубежных классиков. Трудно сейчас представить, но почти за каждой новой интересной книжкой выстраивались очереди. Доходило до нелепости: продавцу передавали через головы деньги, а он так же обратно перебрасывал пакет книг приблизительно на эту сумму. Всё равно, какие там книги, будут ли они нужны в доме? Лишь бы поставить на полку и, может быть, когда-нибудь взять в руки.

Начал и «Азернешр» издавать популярную литературу. Одной из первых таких книг, кажется, была «Королева Марго» Александра Дюма, в тёмно-коричневом переплёте, с чёрным тиснёным названием. Следующее, второе издание было уже с золотым тиснением. Напечатали «Виконт де Бражелон или 10 лет спустя», одну или две книги Ф.Купера из серии о Следопыте.Издали книгу И.Касумова и Г.Саидбейли «На дальних берегах» о герое Советского Союз партизане Мехти Гусейн-заде.

Но ещё раньше, в конце сороковых, вышли два тома «Азербайджанских сказок». Вот была радость читать их: «Кто-то был, кого-то не было, на небе кроме Аллаха никого не было. Жил в одном селе…». Красивые сказки, написанные красивым восточным слогом. И сборник анекдотов о Молле Насреддине. Жаль, что напечатанные на газетной бумаге с коленкоровым липким переплётом, они быстро от частого чтения пришли в негодность.

О многочасовых многосуточных стояниях в очередях за подписными изданиями многое можно рассказать. Перед днём подписки дежурили ночами, оберегая список. Иногда списков оказывалось два, иногда три и тогда наступала битва интеллигентных людей, не стесняющихся в выражениях. Пошли на компромисс с какими-то тёмными личностями и, отдавая им первый десяток номеров, уже не тревожились за очередь. Они её охраняли от посягательств других не менее тёмных соперников. Списки составляли не только на собрания сочинений, но и на отдельные книги.

Как-то раз, ожидая продажу «Двенадцати стульев» Ильфа и Петрова в книжном магазине на первом этаже здания музея Низами, мы собрались на перекличку рядом на Парапете. И, откликаясь на свой номер, кто-то заметил в руке проходящего мимо человека книгу в незнакомой жёлтой обложке (новые книги тогда были настолько редкими, что каждую узнавали издали) - Откуда?!!

- Да вот, только что купил в магазине,- ответил прохожий. Надо было видеть, как сотня человек неслась эти сто метров от Парапета до входа в магазин, где «Стулья» были неожиданно выброшены на продажу!

Одной ночью, когда несколько дежурных отрабатывали свою вахту, охраняя очередь, мимо прошёл дворник. Стоящий рядом профессорского вида пожилой мужчина сказал, ни к кому не обращаясь:"Как бы я поменялся с этим человеком судьбой. Подмёл бы свою улицу, пошёл спать, и не нужен мне никакой Майн Рид…»

Майн Рид мне так и не достался. Такие авторы, а ещё Жюль Верн, Джек Лондон, были мечтой многих, но, увы, для всех книг никогда не хватало, и утром, перед открытием подписки, уже было известно о количестве «выброшенных» экземпляров, и кое-кто радовался заранее, а кто-то сразу уходил обиженным.

О начале подписки я узнавал из объявления в газете «Бакинский рабочий», но, подходя часов в пять вечера к месту традиционного сбора в центральном круге Парапета (а потом у нового магазина на проспекте Нефтянников), я уже видел толпу и мечтал попасть в первую сотню, но всегда выходило - во вторую, а то и в третью…

Любители подписных изданий ухитрялись занимать очереди в нескольких периферийных магазинах: на Баилове, в Арменикенде, на одной из Завокзальных улиц, недалеко от Кировского института. Там оказаться в начало очереди было легче. Вообще в маленьких магазинчиках можно было иногда достать то, что с боем бралось в магазинах больших. Здесь уже впоминали о магазинчике на улице Фиолетова. В первые годы, в конце шестидесятых, он действительно был маленький, но жемчужные зёрна можно было ухватить. Так же, как и в ещё более маленьком магазине на Телефонной, сразу за 23-й школой.

Мы так хорошо знали книжный рынок, что о появляющейся новинке сразу узнавали только по незнакомой обложке или корешку книги в руках идущего навстречу прохожего. Сразу подходили с вопросом: - Простите, что это у вас? Где купили?

Все новинки сразу оказывались на Кубинке.

Была у меня толстая книга похождений бравого солдата Швейка. А тут вышла новая, в сверкающем переплёте жёлтого цвета. Решил я поменять старую на новую, пошёл на Кубинку, меня сразу окружили знатоки, и я, не обратив никакого внимания на замечание одного из них: - Вырвать последнюю часть, остальное выбросить! – продал за десятку старую, прикупил на неё новую, и только на обратном пути, открыв последнюю страницу, понял, что совершил. В конце купленной книги стояла фраза: «Здесь заканчиваются похождения Швейка, которую успел написать Гашек…». А в моей старой книга была полной! С последней частью, которую за Ярослава по черновикам дописал его брат.

С переходом магазина «Академкниги» из старого здания напротив Парапета в новый дом на проспекте Нефтяников, там же, справа от входа, открылся маленький магазин книг стран народной демократии. Как-то незаметно я и там стал там «своим человеком»: Жора-продавец пользовался моими знаниями немецкого и польского языков (довольно слабыми, но достаточными в данном случае), а я с удовольствием распаковывал приходящие пачки с книгами и по возможности что-то покупал первым. Это были детские книжки-раскладушки и фотоальбомы из Чехословакии, Германии, сборники карикатур из Польши и Германии, разговорники, маленькие энциклопедии – кое-что с годами раздарил, что-то потерял, но словари, разговорники и малые энциклопедии до сих пор на полке.

Из воспоминаний Георгия Коновалова

comments powered by Disqus
Рекомендация close

Главная страница