Материал из OurBaku
Перейти к: навигация, поиск

Сперанский Николай Иванович - артист русской оперы, вокальный педагог, профессор

30.7.1877 - 5.3.1952

Родился 18 (30) июля 1877 года в городе Тамбове в семье земского врача. Учился в Саратовской гимназии и одновременно получал музыкальное образование у частных педагогов, а в 1895 году окончил Саратовское музыкальное училище.

По окончании Саратовской гимназии[1] в 1895 году поступил на юридический факультет Московского университета, который окончил в 1899 году и стал работать присяжным поверенным.

Одновременно брал уроки пения у К.Эверарди[2]. и М.Баттистини, фортепиано - у Сергея Васильевича Рахманинова, актерского искусства - у Гликерии Николаевны Федотовой. Так же в это время обучался пению у нескольких педагогов: Ф.П.Андриевского, М.В.Зотовой, И.В.Тартакова.

В 1901 году дебютировал на сцене Московской частной руссской оперы. В 1904-05 годах был артистом Тифлисской оперы.
Гастролировал в Петербурге (1907), Н.Новгороде (март 1907), Екатеринославе, Ростове-н/Д, Одессе, Киеве, Ташкенте, Ярославле, Кисловодске.

С 1905 года и по 1916 Николай Иванович - ведущий солист Оперного театра С.Зимина в Москве.

В 1906—14г.г. часто выступал в спектаклях с М.Баттистини.

Николай Иванович обладал голосом большого диапазона (пел партии драматического - баритона) и великолепным драматическим дарованием. Музыкально - сценические образы, созданные им, отличались скульптурной выразительностью, точным внешним рисунком, великолепно подобранным гримом и костюмом.

Репертуар певца

насчитывал 101 партию (драматические, лирические, комедийные). Лучшие партии, исполненные Николаем Ивановичем: Борис, Варлаам, Рангони ("Борис Годунов"), Светлейший, Кочубей ("Черевички", "Мазепа" Чайковского), Мельник; Галицкий ("Князь Игорь"), Мефистофель ("Фауст"), Эскамильо.

Первый исполнитель партий: Аббата Шантавуана ("Мадемуазель Фифи" Ц. Кюи, 1903), Додона ("Золотой петушок" Н. Римского-Корсакова, 1909), Солейман-хана ("Измена" М. Ипполитова-Иванова, 1910), Лаиша ("Кудеяр" А. Оленина, 1915);

- в Москве — Графа Савуази ("Сарацин" Ц. Кюи, 1902), Жерона де Равуара ("Манон Леско" Дж. Пуччини, 1904), Петра I ("Царь и плотник" А. Лортцинга, 1908), Онуфрия ("Дни нашей жизни" А. Глуховцева, 1913), Пугачева ("Капитанская дочка" Ц. Кюи, 1914), Мериноса ("Вампука" В. Г. Эренберга, 1916);

- в Тифлисе — Алеко (одноим. опера С. В. Рахманинова, 1904);

- на рус. сцене — ? ("Поэт Клеман Маро" А. Мессаже, 1906), Шонара ("Жизнь Латинского квартала" Р. Леонкавалло, 1907), Ганса Закса ("Нюрнбергские мейстерзингеры" Р. Вагнера, 1909), Пьера ("Камо грядеши?" Ж. Нугеса, 1910), Слепого ("Ирис" П. Масканьи, 1912).

Лучшие партии:

Фарлаф ("Руслан и Людмила" М. Глинки), Мельник ("Русалка" А. Даргомыжского), Владимир Галицкий ("Князь Игорь" А. Бородина, в т. ч. в новой постановке Ф. Ф. Комиссаржевского, 1 сент. 1915), Борис Годунов (одноим. опера М. Мусоргского), Варлаам ("Борис Годунов" М. Мусоргского), Пимен ("Борис Годунов" М. Мусоргского), Рангони ("Борис Годунов" М. Мусоргского), Досифей ("Хованщина" М. Мусоргского), Олоферн ("Юдифь" А. Серова), Пётр ("Вражья сила" А. Серова), Малюта Скуратов ("Купец Калашников" А. Рубинштейна, 1912), Сальери ("Моцарт и Сальери" Н. Римского-Корсакова), Граф Томский ("Пиковая дама" П. Чайковского), Василий Леонтьевич Кочубей ("Мазепа" П. Чайковского), Рене ("Иоланта" П. Чайковского), Светлейший и Чуб ("Черевички" П. Чайковского), Граф Савуази ("Сарацин" Ц. Кюи); Лепорелло ("Дон Жуан" В. А. Моцарта), Мефистофель ("Фауст" Ш. Гуно), Эскамилио ("Кармен" Ж. Бизе), Граф Норфолк ("Генрих VIII" К. Сен-Санса, 1911), Атанаэль ("Таис" Ж. Массне), Нилаканта ("Лакме" Л. Делиба), Скарпиа ("Тоска" Дж. Пуччини); в опереттах — Гаспар ("Корневильские колокола" Р. Планкета), Юпитер ("Орфей в аду" Ж. Оффенбаха).

Пел п/у Е.И.Букке, М.М.Златина, М.М Ипполитова-Иванова, Э.А.Купера, И.О.Палицына, Е.Е.Плотникова, В.Эренберга, Э.Д.Эспозито.

В симфонических концертах исполнял сольные партии в кантате (№ 60) и мессах И.С.Баха (в т. ч. Месса h-moll), Серенаде для оркестра, сопрано и баса на Баховских торжествах в Москве п/у Рюделя (1914), финале 9-й симфонии Л.Бетховена (п/у С.С.Кусевицкого и А.Никиша), в поэме "Вирь" С.Василенко (1-й исп., п/у автора).

Его партнерами были:Варвара Страхова[3]Бочаров, Ф.И.Шаляпин,Михаил Ефимович Медведев[4] А.В.Богданович, А.Г.Борисенко, А.И.Добровольская, С.И.Друзякина, К.Д.Запорожец, Е.С.Ивони, Л.Кавальери, В.В. Люце, П.С.Оленин, Т.Орда, В.Н.Петрова-Званцева, Т.Руффо, Л.В.Собинов, Н.О.Степанова-Шевченко, Т.В.Тихонова, Е.Я.Цветкова.

Камерный репертуар включал также романсы Э.Грига ("Лебедь"), Ф.Шуберта ("На мельнице"), М.Мусоргского ("Семинарист"), С.Танеева, Ц.Кюи ("Сват и жених"), А.С.Аренского, В.Калинникова, В.Багадурова (посвятил Сперанскому романс "По родным полям", 1906), Б.В.Подгорецкого (посвятил певцу романс "Лебеди" ("Над шапками седыми" op. 4 № 1).

Записывался на грампластинки (8 произв.) в Москве ("Пате"/Pathé, 1909, 1913; "Метрополь" (Корона, РАОГ, 1912); Некоторые архивные записи певца — в ЦГТМ, ЦГММК.

Николай Иванович принимал активное участие в создании Саратовской консерватории - первого в российской провинции высшего музыкального учебного заведения, открытого в 1912 году (на базе музыкального училища, основанного в 1895 году) вслед за Cанкт-Петербургской и Московской консерваториями по решению III Государственной Думы.

Первоначальное название - Саратовская Императорского Русского музыкального общества Алексеевская консерватория (в честь выздоровления наследника престола). Консерватория была создана по инициативе Городской думы, губернатора, а также благодаря деятельности Саратовского отделения ИРМО, которое возглавлял первый директор консерватории, воспитанник Лейпцигской и Петербургской консерваторий, талантливый пианист, почётный гражданин города Саратова С.К.Экснер.

Открытие консерватории поддерживали видные деятели музыкальной культуры России: А.К.Глазунов, М.М.Ипполитов-Иванов, А.Т.Гречанинов, Р.М.Глиэр, Л.С.Ауэр, А.И.Зилоти, А.Н.Есипова, А.Б.Гольденвейзер, Э.Направник, Н. Фигнер, С.Зимин, В.Сук, руководство Петербургской и Московской консерваторий, Большого театра, музыкальных академий Вены, Берлина и Дрездена.

Движимые благородной задачей музыкального просвещения в Саратовскую консерваторию были приглашены и приехали видные музыканты-педагоги из российских столиц и ряда европейских стран. Корифей русской виолончельной школы С.М.Козолупов, выпускник С.И.Танеева, известный композитор и ученый, создатель теории метротектонизма Г.Э.Конюс, а также ученик Т.Лешетицкого и А.Г.Рубинштейна, один из лучших польских пианистов И.Сливинский.

Педагогами консерватории были, М.Л.Пресман (фортепиано), Б.К.Радугин, Н.М.Цыганова (фортепиано), В.В.Зайц (скрипка), Л.В.Ростропович и Б.А.Струве (виолончель), А.М.Пасхалова (вокал), К.С.Сараджев, Н.А.Шкаровский (дирижёрское отделение), О.А.Моралев, Б.А.Сосновцев, И.А.Тютьманов (композиторское и музыковедческое отделения),М.Е.Медведев - прославленный тенор, первый исполнитель партий Ленского и Германа в Москве («лучший Герман», по оценке П. И. Чайковского), ученица Е.А.Лавровской - А.М.Пасхалова, с успехом гастролировавшая в Италии, исполнившая в Петербурге партию Снегурочки в спектакле, которым дирижировал Н.А.Римский-Корсаков, известный певец Н.И.Сперанский – ученик К. Эверарди и М. Баттистини, выступавший в ансамбле с С.В.Рахманиновым, Ц.А.Кюи, Н.А.Римским-Корсаковым.

А учились в ней ставшие впоследствие известными музыкантами Ю.В.Кочуров, К.Я.Листов, Д.М.Цыганов, С.Н. Кнушевицкий, М.Я.Александров, А.Н.Дмитриев.

В 1909[5]году Николай Иванович быд приглашен знаменитым русским режиссёром Пётром Чардыниным на съемки фильма "Вадим" Торговым домом «А. Ханжонков и К°».

"Вадим" (также известен как «Повесть из времён Пугачёва» и «Боярин Палицын».По повести М.Ю.Лермонтова)

Режиссёр Пётр Чардынин. Автор сценария Пётр Чардынин; В главных ролях:Пётр Чардынин (боярин Палицын),Гончарова Александра (Ольга, воспитанница Палицына),Андрей Громов (сын Палицына, Юрий),Н. Сперанский (брат Ольги, Вадим),Павел Бирюков (Федосеич).Оператор Владимир Сиверсен. (Кинокомпания Торговый дом Ханжонкова

Содержание: Крутой и своенравный, каковыми были большинство помещиков старого времени, Палицын из-за пустячной тяжбы подкупами и тяжбами разорил и свел в могилу своего соседа. После несчастного осталось двое детей: горбатый и кривобокий юноша Вадим и трехлетняя крошка Ольга. Предоставив Вадима его судьбе, палицын, чтобы избежать осуждения за свой поступок, взял на воспитание малютку Ольгу. Таким образом, Ольга выросла в доме Палицына, не подозревая, кто ее благодетель. не то случилось с Вадимом.

И без того обиженный природой, а тут еще безжалостно вышвырнутый из своего родного гнезда, он затаил в себе всю горечь обиды и поклялся, что рано или поздно он жестоко отомстит обидчику, и скрылся с горизонта, так что и память о нем исчезла. Прошли годы; из малютки Ольги выросла настоящая красавица, и Палицын, теперь уже на склоне лет, втайне готовил ее для постыдных удовольствий… Но начался час возмездия! На Руси поднялось сильное брожение, появился Пугачев. Этим-то и воспользовался Вадим, чтобы отомстить своему лиходею.

Картина развертывается перед нами с того момента, когда Вадим приступает к выполнению своего плана. Чтобы легче проникнуть в дом обидчика, он с толпою нищих у церковных ворот поджидает выхода Палицына и добровольно соглашается пойти к нему в холопы, лишь бы быть ближе к цели. Первое, что он делает,- это открывает ольге страшную правду. Как громом поразило это несчастную девушку. И без того доведенная до отчаяния приставаниями Палицына, онп торжественно дает клятву во всем помогать Вадиму.

Но судьбе было угодно послать новое испытание бедной девушке. К Палицыну вернулся его сын, и девичье сердце впервые забило тревогу: молодой Юрий произвел на Ольгу неотразимое впечатление, и она полюбила его всем пылом юной души. Оскорбленный и озлобленный еще больше, Вадим разом решает покончить с ненавистной семьей Палицына. По Руси уже прокатились раскаты пугачевской грозы, и Вадим, горя мщением, бросается в стан Пугачева и наводит его вольницу на усадьбу Палицына. По счастливой случайности старик был на охоте, и без него разграбили и сожгли его родовое гнездо, убили его жену…

Юрий, наслаждаясь счастьем молодой любви, мирно гулял с Ольгой, строя радужные планы будущего, но гроза уже надвинулась: Юрий своими глазами увидел гибель родового гнезда и, проводив Ольгу в надежное место, бросился предупредить отца о грозящей ему опасности. Но зорко следил за сестрой Вадим. Он пробрался к ней в избушку и, напоминая о данной ею клятве, старался пробудить в ней чувство мести, но тщетны были мольбы и угрозы Вадима — любовь к сыну победила в ней ненависть к отцу, и она отказалась от своей клятвы. Тогда Вадим, посылая проклятия на ее голову, своими руками обещает убить Юрия и, как коршун, стережет его. Но слепой случай спасает Юрия. Поскакав к отцу, он приказывает своему преданному слуге Федосеичу укрыть Ольгу. темной ночью пробирается старик к Ольге, а Вадим, приняв его за Юрия, раскроил ему топором череп…

Но мгновение злодейства сменилось страшным отчаянием, когда он увидел роковую ошибку. Посылая проклятия судьбе, так жестоко над ним издевающейся, он, может быть впервые, зарыдал от злобы и отчаяния, а Ольга счастливо успела выбраться из засады, чтобы соединиться со своим возлюбленным. Почти целиком разыгранная на природе картина изобилует красивейшими видами. Великолепно разыгранная и прекрасно исполненная технически, эта картина далеко оставляет за собой все, созданное нами до сего времени. «Сине-Фоно», 1910, № 2, с.19


Критика: Весь центр тяжести повести лежит в обрисовке Вадима, которого поэт хотел представить мстителем за поруганную честь и отнятую жизнь отца. Представляя своего Вадима нищим-уродом, он тем самым как бы оттеняет величие и красоту его духа. Таким образом, по внешности Вадим приближен к Францу Мору в «Разбойниках» Шиллера, но демонизм его выше и злоба величественней. Для лучшего представления о Вадиме необходимо запомнить то обстоятельство, которое впоследствии толкнуло Вадима на путь мстителя, — именно о надругании Палицына над его отцом. В картине «Вадим» либреттист и режиссер, очевидно, главное свое внимание и обратили на обрисовку характера Вадима, весь центр тяжести картины, сообразно с замыслом Лермонтова, перенесли на Вадима. Артист, играющий Вадима, превосходно справился с ролью. Прекрасный тип старого русского помещика, любящего пожить, дан в лице Палицына. Очень хороша также и Ольга. В общем картина производит большое впечатление и смотрится с интересом. По исполнению и misenscen’ам она далеко опередила все предыдущие постановки, блеснув некоторыми прямо-таки эффектными, в смысле перспективы, местами. «Сине-Фоно», 1910, № 24, с.9

Картина дает богатый материал артистке в роли Ольги блеснуть красивой игрой. Бесподобен и Вадим, этот обиженный природой мститель, страшный в своем гневе. Режиссер все сделал для крупного успеха этой картины, и мы уверены, что она таковым будет пользоваться по заслугам.«Кине-журнал», 1910, № 18/19, с.11



В 1916 году, в самом расцвете таланта и голоса, по ряду обстоятельств Николай Иванович был вынужден оставить оперную сцену и заняться режиссурой и преподаванием.

Совместно с артистом Мариинского театра и профессором Саратовской консерватории Михаилом Медведевым и преподавателем Алевтиной Михайловной Пасхаловой он организовал в Саратове постоянный оперный театр, торжественное открытие которого состоялось 01.10.1918 г. Театру присвоили имя Н. А. Римского-Корсакова. Здесь Николай Иванович поставил "Травиату", "Евгения Онегина", "Майскую ночь" и другие оперы.

В Ростове-на-Дону в 1920—24 годах Николай Иванович заведовал вокальным отделом и оперным классом Ростовской консерватории,(здесь организовал экспериментальную оперную студию), принял участие в создании оперной труппы, был художественным руководителем и дирижёром Ростовского оперного театра.
Преподавал в должности профессора в Саратовской (1916-1920), Ростовской (1920-1924), Бакинской (1924-1932) консерваториях.

После образования в 1921г. Бакинской консерватории единственным азербайджанцем, обучающимся на вокальной кафедре был Муртуза Мамедов (Бюльбюль). Его первыми педогогами были Поляев и профессор Н.И. Сперанский.

С 1932(39)—52 годы профессор Московской консерватории, а с 1946 по 1951 года одновременно возглавлял кафедру в Музыкально-педагогическом институте им.Гнесиных. В 1930-х гг. преподавал в Ин-те повышения квалификации при Центральном заочном музыкальном педагогическом институте.

Методика, используемая Николаем Ивановичем в постановке голоса, была особенно успешна в обучении национальных кадров. Естественная постановка голоса восточных певцов особенно нуждалась в бережном к ним отношении. Поэтому в числе учеников Николая Ивановича всегда были студенты из Средней Азии и Закавказья.

В 30-е годы при Московской консерватории создавались национальные студии. Так в 1934-36 г.г. Николай Иванович вел класс в Узбекская студия. Одним из его учеников был Карим Закиров, получивший в 1939 году звание Народного артиста Узбекистана.

На сайте Мой Ташкент [1] опубликовано фото от внука Карима Закирова Джавахира Закирова, где Николай Иванович Сперанский сидит первым слева во втором ряду рядом с Райским.

Speransky NI uzbek.jpg

В этой студии учились ключевые фигуры в музыкальной жизни Ташкента, первое поколение творческой интеллигенции, сумевшее овладеть как национальной, так и европейской музыкальной культурой. 1-й ряд: справа налево - мой дед, Карим Закиров, вторая справа - моя бабушка, Шоиста Саидова с сыном - Батыром Закировым, Абдурахманова с дочерью (будущим дирижером Дилбар Абдурахмановой), 5-я в этом ряду- Халима Насырова, над ней Кари- Якубов, а рядом с ней- жена Кари Якубова, последний в этом ряду- Мухтар Ашрафи.


Николай Иванович воспитал свыше 100 учеников, в их числе: Ф.Ануров, В.А.Багадуров, М.Багиров, Б.М.Балдаков (в 1940-х гг.), В.К. Басманов, Е.А.Бендак, Л.И.Борейко, М.Бюль-Бюль (Мамедов), Н.Л.Вельтер (в ? — 1927), Г.Виноградов, П.В.Воловов, Г.Гаджибабабеков (в ? — 1928), Х.Галимов, С.А.Галстян (в ? — 1949), А.Е.Гуревич (в ? — 1936), М.Д.Давыдов (в ? — 1939), А.А.Дроздов (? — 1918), К.Закиров (в 1934—36), П.И.Засецкий, А.Зулалов, Е.В.Иванов, Г.С.Израэлян, М. Кари-Якубов, Б.Мирзаев, Вас.Дм. Москаленко (1920—24), З.Никитина, М.С.Решетин, Я.К.Ризаев,М.Рыба, З.И.Садовская (1926 — ?), Н.Н.Самышина (? — 1930), Г.И.Титов (в ? — 1947), А.Ф.Чекалиди (в ? — 1940), И.М.Яушев (? — 1935).

Ольга Берак, профессор Российской Академии музыки им. Гнесиных.
«Знаю о Н.И. Сперанском — прекрасном педагоге и человеке, который поставил на ноги очень много певцов, и вообще много сделал для становления так называемой русской школы пения.

Во время войны в группе "Старых мастеров искусств" во главе с В.И.Немировичем Данченко был эвакуирован в Тбилиси, откуда был откомандирован для организации Северно-Осетинской оперной студии, а из Осетии эвакуирован в Ереван, где 1942—43г.г.работал в Ереванской консерватории и Музыкальном училище и консультантом оперного театра.

Награжден медалью "За оборону Кавказа".

Заслуженный артист Азербайджанской Республики (1927).
В 1946 году Николай Иванович получил звание Заслуженного деятеля искусств РСФСР.

Умер Николай Иванович 5 марта 1952 года и похоронен на Пятницком кладбище в Москве.


Жена Николая Ивановича – Лия Эдмундовна (Кунт) (6.03.1879 – 1943) С 1925 года жила и работала в Баку, умерла во время войны от тифа.

У Николая Ивановича и его жены Лии Эдмундовны было трое сыновей, родившихся в Москве, но с конца 20-х годов живших в Баку и умерших там.

  • Старший сын – Игорь (6.08.1903 - 20.06. 1982)в 1937 году был репрессирован, но с помощью младшего брата отбывал наказание в Кишлинской тюрьме.

В 1947 году по освобождению не имел права проживать в столице и уехал на строительство Мингечаурской ГЭС, где работал экономистом и руководил театральной студией в Мингечаурском городском клубе.
По завершению строительства был приглашен начальником строительства на работу в Красноярск на строительство ГЭС. Потом вернулся в Баку. Работал экономистом.

  • Средний сын – Глеб (1904 - 1958)перенес в детстве скарлатину, осложнившуюся глухотой, окончил ВХУТЕМАС и начал работу на Бакинской кинофабрике, затем студии Азербайджанфильм, где и проработал художником - бутафором до самой своей смерти в 1958 году.
  • Младший сын – Борис (1906 -1979)окончил в Баку Первую советскую школу (на Красноармейской улице), закончил курсы киномехаников, работал во всех кинотеатрах города Баку и на Кинофабрике.
    Затем отслужил срочную службу на Черноморском флоте, где закончил курсы связистов. После армии строил и оборудовал Гянджинскую радиостанцию.
    Был призван в армию в 1938году и отслужил до 1957 года в батальоне связи. Закончил службу в звании майора. После демобилизации поступил на работу в Контору связи Азнефти под начало необыкновенно хорошего человека - Кязимова, затем был приглашен на работу в ГИПРОМОРнефть, где в должности главного инженера проекта, занимаясь обеспечением связи с морскими буровыми установками и Нефтяными камнями, проработал до пенсии.
    Уйдя на пенсию в день своего 60-летия, посвятил все свое время любимым делам: фотографии, кино, чтению, игре в нарды и прогулкам с внуками.



  1. Жил тогда Кока, как звали его в семье, с матерью в собственном доме на углу улиц Угодниковский и Вольской
  2. В 1874 году, в расцвете артистических сил, Эверарди оставил сцену и посвятил себя педагогической деятельности. Он был профессором в Санкт-Петербургской консерватории (в 1870—1888 годах), потом, в 1890—1897 годах — в Киевском музыкальном училище и, наконец, в Московской консерватории (с 1897 года)
  3. (по мужу Эрманс) родилась в Тифлисе и там же начала обучаться пению (педагог Д. А. Усатов) и впервые дебютировала на сцене. В 1895—1897 гг. продолжила обучение в Петербургской консерватории (педагог К. Ферни-Джиральдони), брала уроки пения у К. Эверарди.
    В родном Тифлисе с 1893 года выступала на оперной сцене с Ф. И. Шаляпиным. В 1898—1900 гг. — оперная певица в Московской частной русской опере Саввы Мамонтова, в 1902 г. — в частном театре Г. Г. Солодовникова, сезон 1906/07 — в московской Опере С. Зимина.
    После революции 1917 года эмигрировала. Жила в Париже, вместе с семьей Шаляпиных.
  4. (настоящее имя — Меер Хаимович Бернштейн (20 июля 1852 — 8 августа 1925, в некоторых источ. 1.8.1925, Саратов) — российский певец (тенор) и музыкальный педагог. Вместе с Н.Сперанским организовал в Саратове постоянный оперный театр (1918—20) и был его руководителем.
  5. Премьера состоялась 2 ноября 1910года

Я родилась под знаком деда

потому что первое, что увидел мой осмысленный взгляд, была его фотография, висевшая на голой стене нашей комнаты, прямо напротив моей детской кроватки.

Мне сказали, что это дед и живет он в далекой Москве.

И с тех пор все мои детские мечты и разговоры с самой собой в уютной тишине под одеялом были связаны с ним.

От него не приходило писем, но знали, что он жив.

Папа разыскал его в 1947 году во время своей секретной командировки в Москву, вернулся оттуда счастливый и долго рассказывал маме, как произошла эта встреча.

В мои мечты вошла тема нашей встречи.

А увидела я его через пару лет, когда мне уже было 9-ть , и мама сумела скопить деньги на поездку в Москву.

Само путешествие было событием: дымящий и коптящий паровоз, промелькнувшие за окном пески Апшерона, потом бесконечные перелески средней полосы, незнакомые вокзалы с бабками, подносящими к поезду варенную картошку, посыпанную жареным луком, и соленые огурчики, банки простокваши из топленного молока с коричневатой корочкой вкуснейших сливок, отличающейся от нашего мацони.

И вот, наконец, Казанский вокзал, неистребимый запах которого остался на всю жизнь как знак Москвы.

Нас никто не встречает, несмотря на отправленную телеграмму, и мы садимся на такси, мама опасливо посматривает на счетчик, тикающий с необыкновенной скоростью, и вот мы у огромного дома на улице Немировича-Данченко совсем непохожего на наши изящные и нарядные бакинские здания, а напоминающего скорее мощный бастион.

И опять мой чуткий нос, которым я могла определить, кто был у мамы в гостях в предыдущие два часа, на всю жизнь запоминает запах кабины лифта с полированными дверьми, складывающимися гармошкой, и скользящей в металлической клетке.

У лифта сидит лифтерша – строгая тетенька, интересующаяся, к кому мы приехали (папа говорил потом, что они все - сексотки-осведомительницы).

Услышав фамилию, она расплывается в улыбке и начинает говорить нам о том, какой хороший человек наш дедушка, каждый праздник дарит деньги (я потом поняла, что это неистребимая привычка одаривать прислугу на светлые праздники, только даты сменились).

Она объясняет нам, что лифтов два, и на каком лифте надо подняться, чтобы попасть сразу к квартире, а если не с этого, а с другого, то надо перейти на другую лестничную клетку.

Это мы с сестрой освоим позже, когда будем спускаться во двор, чтобы поиграть с местными ребятами в 12 палочек или казаки-разбойники.

Мы поднимаемся на пятый этаж и видим перед собой белую дверь с медной табличкой на которой написана наша фамилия с инициалами Н. И. и с припиской - «профессор».

Дверь нам открывает немолодая, по-моему мнению, женщина, которая оказывается домработницей Марусей.

Она приветливо приглашает нас войти и располагаться, сообщает, что Ирина (дочь деда) придет позже, она не встретила нас, потому что никогда в жизни никуда еще не попала вовремя, а дедушка в доме отдыха, подвернулась путевка, которая скоро заканчивается, но он просил нас приехать к нему в Удельную.

Маму это радует, потому что в Удельной, как она помнит, живет ее двоюродный брат, которого она не видела с тридцатых годов, и родственник жены ее погибшего на фронте брата. Значит можно сразу разыскать и их.

Но меня сейчас не волнуют мамины родственники. Я обследую маленькую и очень уютную квартиру, где просто негде повернуться такой большой компании как наша.

В прихожей первая дверь налево – кабинет, где стоит рояль, высокая стеклянная ваза для цветов, небольшой столик с красивыми часами и разными безделушками, «вольтеровское» кресло (это потом сестра, отвоевавшая его у меня, познакомилась с его необыкновенной способностью резко складыватся, когда поворачиваешься во сне).

Все стены кабинета сплошь увешаны фотографиями с дарственными надписями, по которым можно было изучать историю музыкальной культуры России и Советского Союза.

Пройдя в коридор, в котором у стены стоит маленький обеденный стол с двумя полукреслами, я вижу дверь с спальню, где царят две огромные деревянные кровати с нарядными резными спинками, а на стене висит полочка со всевозможными соблазнительными вещами, из которых мое внимание привлекает необыкновенной красоты бронзовый колокольчик с высокой ручкой.

Потом мне дадут потрогать его и даже позвонить.

Дальше идет дверь в ванную комнату, туалет и поворот в кухню, достаточно большую и вместительную. Там мы и будем есть до дедушкиного приезда.

Квартира произвела на меня огромное впечатление, несмотря на малые размеры, она показалась мне дворцом.

Наконец пришла Ирина, защебетала, заохала, стала восторгаться нашим певучим южным говором с растянутыми гласными, нашим знаменитым «-да».

Она училась в Гнесинском и уже выступила один раз по радио, произведя впечатление своей цыганской манерой исполнении. Мама внимала с благоговением причастности.

А я перешла к прозе и спросила, где я буду спать и когда мы поедем к деду.

Спать до приезда деда нам с сестрой определили в спальне на торжественной кровати, а после придется перебираться в кабинет: мне - на пол под роялем, маме - на раскладушке, а сестре - в «вольтеровском» кресле.

Ах, как я завидовала ей, представляя себя старинной матроной, восседающей в кресле со специальным столиком сбоку для бокала вина или книги, одним нажатием кнопки превращающемся в спальное ложе. Это потом, вскочивши ночью от вопля сестры в сложившемся кресле и ударившись головой об рояль, я оценила свое преимущество.

И вставать придется не позже семи утра, потому что в девять уже приходят ученики.

Но это потом, а сейчас я была в предвкушении встречи.

И вот с того же Казанского вокзала мы отправляемся в Удельную, которая с момента моего выхода на перрон стала ощущаться совсем родной и с которой была связана вся моя дальнейшая жизнь. Моя и моей семьи.

Найти кого-то в незнакомом дачном поселке могла надеяться только моя мама.

Но она вдруг вспомнила, что тетя жены брата - зубной врач, а это значит, что ее просто не могут не знать местные жители, конечно страдающие зубными болями.

И первый же встречный на вопрос, не знает ли он случайно, где живет зубной врач Циля Ильинична, объяснил нам, куда надо идти, и что второй дом у церкви и будет ее домом.

Каково было наше удивление, когда буквально через 15 минут мы увидели через невысокий штакетник вокруг дачи мужчину с двумя детьми, который на мамин неуверенный оклик: «Борис!», повернулся к нам и с радостным возгласом: «Нина! Откуда, какими судьбами, да еще с детьми, и как ты нас нашла!» - бросился к калитке.

Так в мою жизнь вошли новые родственники и остались в ней до сегодняшнего дня.

Расспросам и воспоминаниям не было конца, я слышала незнакомые имена погибших родственников и видела слезы горечи от невозвратной потери.

Но меня ждала встреча, и я не могла дождаться.

Нас оставили ночевать, убедив не идти вечером в Дом отдыха, который был буквально в десяти минутах ходьбы, а отправится туда утром после завтрака.

Маме, которая встречалась отцом мужа после 17-ти летнего перерыва, конечно, хотелось выглядеть получше и она согласилась, что после печальных разговоров идти не стоит.

И вот, наконец, долгожданное утро, у меня уже нет терпения, я прыгаю вокруг мамы и тороплю ее.

Мы выходим в свежее подмосковное утро, мимо нас пролетают электрички на Москву и обратно, люди спешат на станцию, шумит знаменитый Удельнический базар, а мы направляемся в глубину поселка на тихую и широкую улицу, входим в калитку ворот с вывеской «Дом отдыха профсоюзов», направляемся к большому дому, бывшему когда-то чьей-то усадьбой, и узнаем, что профессор на прогулке и вернется с минуты на минуту.

Подождать лучше на улице, и мы выходим.

Очень широкая улица расположена в сосновом лесу совсем как просека.

Сосны, светящиеся золотом на солнце и золотистая песчаная дорога создают впечатление сказки.

И вдруг вдалеке я вижу спускающегося с пригорка богатыря в белой рубахе навыпуск, подпоясанной шелковым поясом с кистями.

Он идет не один, рядом с ним высокие мужчина и женщина, но они едва достают ему до плеча.

И я сразу понимаю, что это он, и он точно совпадает с придуманным мной образом, и таким он остался для меня на всю жизнь: седой великан – красавец в белой рубахе в золотом свете.


Фотоальбом

Семья

В ролях

Вспоминает Ирина Архипова:

"В Московской консерватории студенты-старшекурсники имеют возможность пробовать себя в педагогике - заниматься по своей специальности со всеми желающими. В этот сектор студенческой практики меня уговорила пойти все та же неугомонная Киса Лебедева. Я "досталась" студентке-вокалистке Рае Лосевой, которая училась у профессора Н.И. Сперанского. У нее был очень хороший голос, но пока не было ясного представления о вокальной педагогике: в основном она пыталась мне все объяснять на примере своего голоса или тех произведений, которые исполняла сама. Но Рая относилась к нашим занятиям добросовестно, и поначалу все шло вроде бы нормально.
Однажды она привела меня к своему профессору, чтобы показать результаты работы со мной. Когда я начала петь, он вышел из другой комнаты, где тогда находился, и удивленно спросил: "Это кто поет?" - Рая, растерявшись, не зная, что именно имел в виду Н.И. Сперанский, показала на меня: "Она поет". Профессор одобрил: "Хорошо".



Использованы материалы семейного архива,Вокального словаря

Часть фотографий Николая Ивановича в ролях предоставлена Аркадием Михайловичем Пружанским - автором словаря "Отечественные певцы".


--I am 04:50, 17 декабря 2010 (UTC)

comments powered by Disqus
Рекомендация close


Главная страница