Материал из OurBaku
Перейти к: навигация, поиск

Школа №18

Воспоминания выпускников

Статья в работе

Мария Гутман (Казинец)

Наш десятилетний школьный путь начался третьей военной осенью. 1 сентября 1943 года мы пошли в первый класс. Не запомнился ни праздничный приём новичков, ни радостное настроение. Новым был закон о раздельном обучении школьников на всей территории Советского Союза. Первым годом реализации этого закона стал год 1943.

Школа, которая приняла нас, девочек-первоклассниц, получила длинное название: «Средняя русская женская школа № 18 Октябрьского района города Баку». На первый школьный урок нас привели бабушки и некоторые мамы. Папы были на фронте, а мамы, в основном, на работе.

Школа располагалась на втором этаже старого двухэтажного здания, на углу улиц Красного аскера (Шемахинки) и Кецховели. На первом этаже, на углу Кецховели была музыкальная школа и жилые помещения, хотя этот этаж, благодаря своим высоким сводчатым потолкам, скорее подошёл бы под магазины. На второй этаж в школу поднимались по широкой лестнице с Шемахинки.

Единственный школьный этаж состоял из двух коридоров. Широкий, большой коридор с просторными светлыми классами, с большими, обращёнными на юг окнами, шёл параллельно улице Кецховели. Второй коридор был уже, классные комнаты теснее, а некоторые классы даже не имели внешних, выходящих на улицу окон. На углу, на стыке двух коридоров находились учительские комнаты и кабинет директора.

Директором школы был Мирза Маммедович Зейналлы, который преподавал азербайджанский язык в старших классах. Занятия в школе проводились в две смены. Нас, первоклассниц, привели в одну из светлых классных комнат большого коридора и предложили занять места за партами по своему выбору. Прозвенел звонок. Возможно, электрического звонка тогда ещё в школе не было.

Запомнилась уборщица, которая ходила по коридорам и звонила в колокольчик. Начался урок. В класс вошли две высокие красивые женщины и поздравили нас с началом нашей школьной жизни в Первом «в» классе. Одна из них – завуч Дина Соломоновна Листенгартен представила нам вторую, нашу постоянную учительницу – Тамару Васильевну Горскую и объяснила, что Тамара Васильевна будет учить нас читать и писать и вести все наши занятия четыре года до окончания начальной школы.

Тамара Васильевна нам очень понравилась, и мы с интересом раскрыли наши буквари и тетрадки в три косые линии и приготовились писать карандашом наши первые палочки и крючки. Тамара Васильевна сказала нам, что мы скоро начнём писать чернилами, и для этого надо приносить в школу чернильницу-невыливайку и ручку с пером.

Школа №18 охватывала учащихся, проживающих в районе Шемахинки, Параллельных улиц, районе улицы Советской и ниже неё и нескольких улиц по направлению к центру города. По дороге в школу девочкам с Советской улицы необходимо было пересекать линию трамвая, спускавшегося по Шемахинке, что было опасно для учениц младших классов. Со стороны города к школе можно было подойти по Шемахинке или по Азизбекова.

На углу Пятиэтажного дома, на пересечении Шемахинки и Камо всегда дул сильный ветер, что зимой было особенно неприятно. Зато следующий квартал, ведущий к самой школе, был спокойным, и там легко пахло шоколадом.

Улица Азизбекова была в ухабах вдоль ворот и всей стены Пятиэтажного дома. Далее, между Камо и Кецховели, вдоль пустынной улицы шла глухая стена грубой каменной кладки, и пахло навозом. Позже, из окна школьного класса, мы увидели, что эта стена и её поворот на улицу Кецховели ограничивают территорию конной воинской части. В 60-х годах, весь этот квартал, с его фабрикой, с заборами и лошадьми, с запахами шоколада и навоза, был снесён и на его месте построено современное здание Совнархоза.

Мы учились. Мы научились свободно читать и не только букварь. Мы научились писать и не только в тетрадках в косую линию. Тамара Васильевна тщательно следила, чтобы мы правильно держали указательный палец на ручке, чтобы ясно выписывали слова, чтобы в тетрадях не было клякс. Мы учились в военное время. Мы жили в ожидании треугольных писем от наших отцов с фронта. Иногда эти письма переставали приходить. Иногда приходило извещение о пропавшем без вести, иногда о геройской гибели. Мы покупали еду по карточкам, а одежду по талонам. Мы росли. Война шла к концу.

Второй класс мы окончили с окончанием войны победной весной. Некоторые ждали возвращения отцов с войны, некоторые жили надеждой, что извещение было ошибкой.

Занятия в третьем классе мы начали после войны. Наша первая общая фотография класса была сделана в декабре 1945 года.

Шёл первый послевоенный год. Мы уже выросли. Нас приняли в пионеры. Мы учились правильно завязывать пионерский галстук. Задача была непростая. Как видно на снимке, у некоторых учениц галстук завязан небрежно. Некоторым повезло приобрести пионерский значок, который соединял длинные концы красного галстука и накрепко защемлял их.

Mura 1.JPG

На снимке в центре Тамара Васильевна Горская – наша первая учительница и Дина Соломоновна Листенгартен – школьный завуч. В старших классах Дина Соломоновна преподавала нам географию. На снимке: В самом нижнем ряду слева направо: Люба Гельбурд, Софа Гельбурд – пионервожатая класса, Алла Янклович. Рядом выше: Лида Корнева, Неля Кашина, Бела Лещинская, Аделя Таирбекова, Мария Казинец, Фируза Алиева, Эльмира Дильбази, Мурадова. Сидят: Лена Домианиди, Ида Ковальская, Барина Фельдман, Галя Шушкина, Тамара Васильевна, Мила Работина, Дина Соломоновна, Фира Старосельская, Земфира Салам-заде, Нонна Лешберг. Стоят: Тая Понамарёва, Нина Фирсова, Зотова, Женя Гуськова, Софа Люблина, Лидия Таскина, Женя Фельдштейн. Верхний ряд: Юля Коваль, Савельева, Бася Лихт, Аделя Амиралиева, Света Тетруашвили, Земфира Рустамова.

Война закончилась. Долгожданный мир наступил. Для всех ли? Не пришла на урок Лена Домианиди. Перестала приходить. Исчезла. Куда? Все молчат. Через много лет мы узнали, что в тот день, когда пропала Лена, исчезли все греки города. Не стало греков в Баку.

Сфотографировали нас и в четвёртом классе.

Mura 2.JPG

Нижний ряд слева направо: Света Тетруашвили, Лида Таскина, Женя Фельдштейн, Барина Фельдман, Лида Корнева, Земфира Рустамова. Следующий ряд: Софа Люблина, Бела Лещинская, Земфира Салам-заде, Софа Суперфин, Лида Габай, Нина Фирсова, Аделя Таирбекова. Сидят: Ида Ковальская, Мария Казинец, Нонна Лешберг, Мила Работина, Тамара Васильевна, Фира Старосельская, Люба Гельбурд, Галя Шушкина. Стоят: Мила Коваль, Нина Машихина, Бася Лихт, Женя Гуськова, Лида Винцкевич, Феня Генина, Аделя Амиралиева. Верхний ряд: Рая Каплан, ?, ?, Руфа Тузова, Аня Верховская, Алла Янклович, Эльмира Дильбази.

Состав «В» класса все годы оставался практически постоянным. Некоторые изменения были связаны с появлением или отъездом учениц, семьи которых переезжали или оставляли Баку при смене места работы родителей, чаще всего военных. В пятом классе добавилось несколько учениц других школ, а после седьмого некоторые ушли в техникумы для получения профессионального образования, решив не оканчивать среднюю школу.

В седьмом классе практически все ученицы торжественно вступили в КОМСОМОЛ (Коммунистический союз молодёжи). Каждый получил комсомольский членский билет с фотографией и комсомольский значок, который обязательно надо было носить на груди.

Мария Казинец. Фотография с комсомольского билета 23.02.1950

Ещё одна общая фотография была сделана в 1952 году, в девятом классе. На фотографии уже взрослые девушки в школьной форме. Школьная форма была введена приблизительно в 1949-50 годах. Она состояла из коричневого платья и черного фартука для ежедневного посещения школы. В торжественные и праздничные дни чёрный фартук меняли на белый.

Mura 3.JPG

На фотографии: ученицы в школьной форме с комсомольским значком. На фотографии: нижний ряд слева направо: Люба Гельбурд, Ида Ковальская, Женя Фельдштейн, Софа Суперфин, Мария Казинец, Лида Габай, Алла Окованцева. Сидят учителя: Александра Яковлевна Драпкина-Мамедова (немецкий язык), Дина Соломоновна Листенгартен (география), Мирза Маммедович Зейналлы (директор школы), Лилия Ильинична Нагиева (завуч), Нафиса Адилевна Терегулова (химия), Ирина Лазаревна Сафарова (история), Клавдия Ивановна Арустамова (биология), Александра Самойловна Левина (физика). Стоят: Сталина Семёнова, ?, ?, Нина Сухова, Фигарова, Исана Кабан, Белла Лещинская, Лида Корнева, Мила Коваль, Алла Янклович. Верхний ряд: Назакет Таирова, ?, ?, Геня Мазур, ?, Тамара Якубова, Барина Фельдман, Мила Работина, Эльвира Караханова, Галя Шушкина

Это была наша последняя общая школьная фотография. Выпускной фотографии у нас не было. Раздельное обучение накладывало определённый отпечаток на весь учебный процесс. Помимо основных предметов мы изучали вышивание, стенографию. В шестом классе короткое время были уроки рисования. В восьмом и девятом классе нас обучали бальным танцам. На большой перемене ученицы старших классов выстраивались парами в большом коридоре и под музыку аккордеона танцевали мазурку, польку, краковяк. Девочки танцевали с девочками. То же самое было и на школьных вечерах.

Мальчиков на школьные вечера не приглашали. В старших классах школы был организован драматический кружок, в постановках которого все мужские роли исполняли девочки. Против приглашения на эти роли мальчиков из соседней школы категорически возражал директор. Школа была ЖЕНСКАЯ! Драматическим кружком руководил Алексей Тимофеевич Лежнёв, артист ТЮЗа (Театра юного зрителя). Позднее он служил в Русском драматическом театре. Следующий снимок (Фото 5) сделан в конце апреля 1953 года на школьном вечере незадолго перед выпускными экзаменами. На снимке члены драматического кружка. Представлялись две постановки: «Золотая медаль» - пьеса из школьной жизни и «Свои люди – сочтёмся» Островского.

Mura 4.JPG

Сидят: Нанна Гербер, Софа Суперфин, Алексей Тимофеевич Лежнёв, Евгения Михайловна Шур – преподавательница русского языка и литературы, Женя Фельдштейн, Сима Фараджулаева. Стоят: Галя Шушкина, Рина Бутвинник, Сима Ткач, Мария Казинец, Жанна Усачёва, Халида Лютфалибекова.

Cцены из постановки пьесы Островского «Свои люди – сочтёмся».

В 50-е годы тема раздельного обучения школьников на территории всего Советского Союза широко обсуждалась в центральной печати. Бурные дискуссии происходили на страницах газеты «Комсомольская Правда». Постепенно стали понятны недостатки раздельного обучения. Раздавались голоса в пользу совместного обучения. В 1953 году преобладающим стало мнение о необходимости совместного обучения в школах. Партия и Правительство приняли решение об отмене раздельного обучения в школах с сентября 1953 года. Нас, однако, это не коснулось. С сентября 1953 года мы стали студентами, преодолев в одно лето 12 выпускных экзаменов на аттестат зрелости и семь вступительных экзаменов в вузы. Впереди была целая жизнь…

Впереди была целая жизнь, которая каждой из нас представлялась последовательностью закономерных этапов: институт, семья, работа. Мы иногда встречались по праздникам, на днях рождения. Мы перезванивались, узнавали об успехах друг друга, но не встретились, чтобы отметить десятилетие окончания школы, не встретились и на двадцатилетие. Каждая жила в своём круге забот, интересов, но каждая связала свою жизнь со своим родным городом Баку.

Никто из нас тогда не мог предположить, что жизнь пойдёт по другому пути, что судьба сделает неожиданный поворот, и мы отметим 45 лет окончания школы вдали от нашего родного города. Мы встретились в Израиле, часть нашего класса. Каждая хотела рассказать подругам о прошедших годах и каждая хотела узнать о жизни подруг. У нас было много вопросов друг к другу. Эти вопросы мы поместили в анкету, вопросник, о жизни, о семье, о карьере, о жизненных надеждах и их реализации. Мы собрали в альбом эти анкеты, фотографии, воспоминания о школе, об учителях, рассказы о прошлом и назвали его «45 лет спустя».

Далее, некоторые отрывки из этого альбома.

45 лет спустя

На перекрёстке двух дорог вознёсся памятник – символ новой жизни. На пьедестале смело сбрасывает чадру освобождённая азербайджанская женщина. Она делает шаг, символизирующий разрыв с тёмным бесправным прошлым, шаг в светлое социалистическое будущее.

Рядом с памятником – женская школа, куда в военный 1943 год мамы и бабушки привели маленьких девочек. Девочки были застенчивыми и испытывали страх перед бегающими по коридорам старшими школьницами, такими взрослыми и независимыми, перед своими, пока ещё незнакомыми одноклассницами, перед учителями, важно выходящими из учительской. Открывался новый и таинственный мир школы, новый десятилетний этап жизни, который пройдёт в этом старом здании, регламентированный звонком школьного колокольчика.

Чему научит нас школа? Какими станем мы через десять лет? А через 20, 30? Кем мы станем? Осуществляться ли наши надежды, наши планы? Что готовит нам жизнь? Праздник и радость, или горе и разочарование? Где будем мы?

Вот мы – малышки, вот наша 18-ая школа на Шемахинке, вот наши учителя, которые, сменяя друг друга, поведут нас к Знанию, к пониманию жизни, воспитают в нас чувство собственного достоинства, подготовят к вступлению в самостоятельную жизнь.

Первая из наших учителей – Тамара Васильевна Горская, самая добрая, самая приветливая, самая красивая. Она научила нас читать и писать. Она защищала нас в бурном и шумном мире школы в первые наши четыре года. Потом были многие другие учителя, добрые и не очень, профессионалы и халтурщики, но каждый из них влиял на становление наших личностей, каждый оставил след в душе и памяти. Ризван Гусейнович Кашиев был серьёзным, требовательным и добросовестным математиком, а Сурен Осипович Яромышев, физик, часто любил порассуждать о вещах, к физике отношения не имевших.

Строгая, непреклонная, державшая класс в трепете Евгения Михайловна Шур преподавала нам русский язык и литературу, а весёлая, демократичная Александра Яковлевна Драпкина – немецкий язык. Целый ряд учителей азербайджанского языка не оставил в памяти ни имён своих, ни знания азербайджанского языка.

Над всеми возвышался директор школы Мирза Маммед Мирза Маммед оглы Зейналлы, которого все звали просто Мирза Маммедович. За глаза школьницы звали его "керосинщиком".[1] Откуда возникла эта кличка?

В нашем детстве город пах керосином. Еду готовили на примусах и керосинках. Во всех районах города располагались керосиновые лавки. В каждой лавке был открытый бассейн с керосином, размером приблизительно в квадратный метр. Керосинщик черпал жестяным ковшиком керосин из бассейна и через воронку вливал его в бидон покупателя. Керосиновые лавки были своего рода клубами, куда жители соседних домов заходили для того, чтобы узнать новости, пообщаться с соседями. Потом в дома провели газ и установили газовые плиты для приготовления еды. Керосиновые лавки закрылись, керосинщики остались без работы. Ходили слухи, что многие из них переквалифицировались в преподавателей азербайджанского языка в школах.

Шло время, мы росли, из окон класса посматривали на проходящих мимо школы мальчиков, учеников соседней, мужской 171-ой школы. Мальчики были созданиями из другого мира. В 13 лет многие из нас увлеклись театром и посещали все оперные и балетные спектакли. Кумиром стал баритон Цекиновский. Девочки влюблялись в артистов и ждали их после окончания спектакля. Класс разделился на две партии: одни были поклонницами балерины Алмаз-заде, а другие считали, что класс балерины Михайличенко значительно выше. В 14 – 15 лет, прогуливаясь по бульвару и играя в волейбол, мы знакомились с мальчиками из разных школ. Организовывались компании. Мы взрослели, приближаясь к экзаменам на аттестат зрелости.

1953 год. Дело Врачей. Как-то странно! Вдруг в Москве все самые знаменитые врачи оказались «убийцами в белых халатах», преступной группировкой, методически уничтожавшей руководителей партии и правительства. Мы мало говорили об этом. Мы почти не почувствовали изменений в отношении к нам. Нас было много, еврейских девочек в «В» классе. Однако, все как-то вздохнули облегчённо, когда газеты сообщили о невиновности врачей. Мы поздравляли друг друга. Вряд ли мы понимали тогда всю глубину процессов, происходящих в стране. Мы занимались своими делами, мы готовились к выпускным экзаменам. Тут вдруг умер наш Вождь. Многие плакали. Кто будет Вождём? Был во главе страны Ленин – Вождь. Его сменил Сталин – тоже Вождь. Вождей больше нет. Кто поведёт страну? Кто знает куда идти?

Тем временем мы прошли выпускные экзамены, окончили школу и стали думать о дальнейшем образовании. Куда пойти учиться? Никто из нас тогда не думал, что после школы можно сразу пойти работать. Мы готовились к вступительным экзаменам в ВУЗы. Практически все остались учиться в Баку. Никто не поехал поступать в престижные ВУЗы Москвы и Ленинграда. Многие из нашего класса поступили в Педагогический Институт на факультеты русского языка и литературы, химии и биологии, иностранных языков. Самые уверенные в своих силах оказались в Индустриальном Институте. И в Политехническом, Медицинском и Университете начали новый учебный год ученицы нашего класса.

Прошло пять лет. Все успешно завершили учёбу, начали работать, выходили замуж, рожали и растили детей. Обычный класс обычной школы! Никто не стал знаменитостью. Не вышли из нашего класса ни партийные, ни профсоюзные деятели, и даже никто не вышел замуж за представителя партийной элиты. Никто не разбогател! И знаменитых спортсменов, артистов, художников, музыкантов тоже из нас не вышло. Лишь одна ученица нашего класса Рита Товбина( ז"ל ) обладала незаурядными способностями художника и музыканта. Слишком рано она ушла из жизни…

Жизнь шла. Росли дети. Продвигались в работе. Изредка встречались, узнавали друг о друге, передавали приветы. Не собрались, чтобы отметить ни 10, ни 20 лет окончания школы. И вдруг…

Возникло слово – Израиль. Никто о нём ничего не знал, никто о нём не думал, и, тем более, никто не собирался туда ехать. Но… Сначала было Слово! Потом, по какой-то причине, по чьей-то воле, мы порвали все связи, отказались от всего достигнутого и оказались в Израиле. В 70-е годы мы уезжали навсегда, без всякой надежды встретиться с родными и близкими, оставшимися в прошлой жизни. Мы очутились в Израиле без языка, без имущества, без специальности, с одной лишь надеждой – почувствовать эту страну своей, освоить её язык и снова ползти от нуля вверх.

Промчалось время, приближаясь к новому тысячелетию. И тут мы, ученицы 10 «В» класса 18-ой женской, русской школы города Баку, выпуска 1953 года, решили собраться в 1998 году в Израиле, чтобы отметить 45-летие окончания школы и рассказать друг другу о себе.

Mura 8a vstrecha.jpg

Мы дали объявление в газету с просьбой к нашим одноклассницам откликнуться и принять участие в нашей встрече. Мы составили вопросник к участницам встречи о прошедших годах, о полученном образовании, о работе, о семье, о детях, о реализации школьной мечты. На наше объявление о встрече откликнулась корреспондентка газеты «Время» Маргарита Ойстрах, которая приняла участие в нашей встрече и поместила в своей газете от 27.08.1998 большую статью о жизни и судьбах бывших бакинок, встретившихся в Израиле 45 лет спустя.

Рина Бутвинник, Люба Гельбурд, Фира Старосельская, Женя Фельдштейн, Барина Фельдман,Мария Казинец. Стоят: Лида Габай, Аня Верховская, Белла Лещинская, Ида Ковальская

О встрече мы оповестили наших одноклассниц, оставшихся в Баку. От Милы Работиной получили приветствие в стихотворной форме:

«Девочкам 10 «В» класса, уехавшим далеко от меня». Мы ответили ей тоже в стихах. В стихах приветствовал нашу встречу и Марк Ковальский, брат Иды Ковальской, который был знаком с нами с нашего первого школьного года. Все наши старые и новые фотографии, заполненные вопросники-анкеты, посвящённые нашей встрече стихи и большую подробную газетную статью о нашей встрече журналистки Маргариты Ойстрах, мы поместили в альбом. Каждая участница встречи получила такой альбом и смогла прочесть там о жизни подруг за прошедшие годы.

50 лет окончания школы

Прошло пять лет. Год 2003. 50 лет окончания школы. Мы разослали сообщения о предстоящей встрече нашим бакинским подругам, связь с которыми не прерывалась все эти годы. На приглашение откликнулась Земфира Салам-заде:

Mura 10 Zemfira.jpg


На фото участницы встречи в парке: На снимке: Сидят: Женя Фельдштейн, Мила Работина, Мария Казинец, Барина Фельдман. Стоят: Ида Ковальская, Рина Бутвинник, Бела Лещинская, Фира Старосельская

Мила Работина решила приехать на встречу одноклассниц в Израиль. Мы послали ей официальное приглашение, и она получила возможность не только участвовать во встрече, но и совершить ряд экскурсий по Израилю, познакомиться со страной, где поселились её школьные подруги.

50-летие окончания школы мы отметили встречей в Тель-Авиве, в парке имени Менахема Бегина в южной части города. Собрались не все. Не смогли приехать Лида Габай и Люба Гельбурд.
Умерла Аня Верховская (ז"ל).

Мы украсили место нашей встречи приветствиями к участницам и прикрепили постеры к деревьям

На нашу встречу была приглашена Маргарита Ойстрах, журналистка, которая посвятила статью нашей встрече 1998 года. И в этот раз она написала статью о нашей встрече и поместила её в газету «Новости Недели»

Mura 15 50 let 2003.jpg


Шестидесятилетие окончания школы мы не отметили. Скайп заменил нам реальные встречи. Жизнь продолжается!

Беэр-Шева, Израиль
10.02.2018


  1. Из отзыва читателей: Мама пошла в 18-ю школу в 1941-м году. Она говорит, что "керосинщиком" звали не директора, а другого учителя азербайджанского языка. Детям в школе на завтрак давали пончики. "Керосинщик" приходил и первым делом спрашивал "Кто хочет пять?" Те, кто хотел, отдавали свои пончики, учитель их съедал тут же, при всех, и ставил отличные оценки. Мама плакала, но расстаться с пончиком не могла. А учить было бесполезно. На всю жизнь мама возненавидела уроки азербайджанского. Директор был статный, всегда чистенько одетый, по тем временам даже элегантно. А "керосинщик" был маленький, неопрятный.

Фотоальбом

comments powered by Disqus
Рекомендация close


Главная страница