Просмотр кода страницы Гюльахмедова Г. "Мой старый, мой ласковый город"

[[Category:Бакинцы_о_Баку]]

==Гюльахмедова Г. "Мой старый, мой ласковый город"==

Из интервью, данного первой женщиной-театральным режиссером Азербайджана Гюльахмедовой Гюлей-ханум журналистке [http://www.zerkalo.az/2010-07-24/culture/11360p2-guldjahangulahmedova-rejisser-yubiley '''Н. Исмайловой''']. Статья была опубликована в честь 85-летия знаменитого режиссера Театра Русской драмы 24 июля 2010г. 

[[Файл:Guelahmedova.jpg|center]]



- ''Вы прожили в Баку 85 лет. Что значит для вас понятие - "мой Баку"''?<br>
- (задумалась) Баку - прекрасный, современный город... Но в сердце моем живет мой старый, мой добрый, мой ласковый Баку. 

Город в цветах распустившейся белой акации, которую почему-то ели наши мальчишки. <br>
Островки зеленых оазисов. Губернаторский сад. Бульвар. Парк Роте Фане. Парапет. Бульвар. Парк Роте Фане. Парапет.<br> 
Булыжные мостовые. Цокот копыт - это фаэтоны, которые отвозили нас в Бузовны.Бульвар. Парк Роте Фане. Парапет. Булыжные мостовые. Цокот копыт - это фаэтоны, которые отвозили нас в Бузовны.<br> 
Я помню старые названия улиц: Николаевская, Водовозная, Почтовая, Кладбищенская...

Я помню улочки с таинственными двориками и скамейками у ворот. Балконы, где мы пили чай, слушали музыку и последние известия, раскланиваясь со знакомыми прохожими.<br> 
Помню, как выходили на прогулку наши соседи Ростроповичи - папа, мама и Слава - все в белых панамках...

- ''Вы родились на Колодезной?''<br>
- Да, моя родная улица: два тополя у ворот, веселый двор, где с раннего утра сливались воедино крики торговцев и звуки гамм музицирующих Ростроповичей.

- ''В какой школе вы учились?''<br>
- В 132-й, она находилась напротив Баксовета. С балкона архитектурного шедевра Гославского коммунистические вожди принимали праздничные парады. Нам, школьникам, в эти дни выдавалась парусиновая обувь, модные юбочки, и мы щеголяли в них на демонстрациях.

- ''Вы учились во времена раздельного обучения?''<br>
- Да, девочки учились отдельно от мальчиков. Они были для нас существами с другой планеты, мы даже побаивались их пристального внимания, шуток, жестких розыгрышей.

- Розыгрыши? Расскажите...<br>
- На углу улиц Колодезной и Физули был маленький магазинчик, который сторожил угрюмый старик в бараньем тулупе. Обычно мальчишки играли рядом в футбол, а он гонял их палкой, чтобы не шумели. И вот как-то ночью ребята перенесли фанерную будку, в которой он спал, двумя улицами ниже.<br>
Старик проснулся в ужасе:<br> 
"Джамаат?! Где магазин? Где я?! Караул! - кричал он почему-то на русском языке. - Хулиганы!"

А три года спустя эти "хулиганы" добровольцами ушли на фронт. И почти никто из них не вернулся.<br> 
Старик плакал, когда приходили похоронки. "Старый я дурак! Не дал ребятам наиграться..."

- ''Каким был Баку в военные годы?''<br>
- Суровый город: светомаскировки на окнах, освещение только лунное, дежурные у ворот и на крышах домов...<br> 
Эшелоны с ранеными, их везли со всех фронтов. Больниц не хватало, их размещали в школах, институтах. <br>
Мама - врач, работала в эвакогоспитале, который развернули в консерватории. Помню, раненые лежали всюду: в аудиториях, коридорах, актовом зале, прямо на сцене, перед органом... <br>
Я работала санитаркой, тогда впервые увидела, как умирают молодые люди.

(после паузы) Война - мучительные годы. Голод, нужда, потери, бесконечные похоронки и плачущие женщины в нашем дворе. <br>
Они бежали в Ичери шехер к Атаге (знаменитый ясновидец и прорицатель - Ага Сеид Али Мир Мовсумов - Н.И.). <br>
Там было много женщин с таким же горем.

Это был удивительный человек.<br> 
Он встречал их приветливо, вертел в руках похоронки, гладил строчки, залитые слезами, потом говорил: это ошибка, твой сын, муж или отец живой, он вернется. Только надо ждать. И беречь семью. Это сейчас самое важное.<br> 
Он говорил это каждой, кто к нему приходил, словно перекладывая их тяжелую боль на свои слабые плечи. Ему верили. И ждали. Атага многим помог пережить горе. Мир его праху.