Просмотр кода страницы Станислав Ашмарин "Наш джаз" (Баку, 1950-ые годы)

==Станислав Ашмарин "Наш джаз" (Баку, 1950-ые годы)==

''Воспоминания еще одного бакинца о жизни Баку 1950-ых годов - что любили, кого слушали... Словом, перед нами открываются новые грани музыкально-джазового Баку.'' 


<gallery widths="250" heights="250">
Файл:Jazz Ashmarin3.jpg
Файл:Jazz Ashmarin2.jpg
</gallery>

Никакой разговор среди нашего поколения о джазе не обходится без упоминания об одном человеке, и голос которого до сих пор слышится в наших головах.

Иногда везло, и мы окунались в необыкновенный баритон ведущего музыкальной программы «Голоса Америки» Уиллиса Коновера: «Time for Jazz! This is Willis Conover…» и в качестве позывного звучали первые такты знаменитой пьесы Билли Стрейхорна «Take The «A"Trane» в исполнении оркестра Дюка Эллингтона.<br>  
Коновер объявлял, что сейчас будет разговор о джазе из «Уошингтон, дикстрит Каламбия» (что такое «дистрикт» никто из нас не знал, но звучало это очень по-американски) и медленно, с восхитительными паузами просто объявлял исполнителей, рассказывал о музыкантах,  об оркестрах, перемежая свои слова музыкой. И какой музыкой! 
На старой магнитофонной плёнке у меня остался двадцатиминутный рассказ У.Кановера о Нью-Йоркском джазовом фестивале 68-го года.<br>
<br>   
Как писал Вл. Каушанский: «Все наши сегодняшние корифеи, народные и заслуженные артисты − это действительно «дети Коновера». Дети волн. Коротких радиоволн. Жадные потребители программ «Голоса Америки».<br>  
Юрий Саульский когда-то очень точно сказал: 
<blockquote>
«Коновер озарил своей гигантской личностью целый пласт культуры. Каждый его выход в эфир объединял в единое братство всех джазовых музыкантов мира. В годы „холодной войны“ он продолжал наводить мосты поверх идеологических барьеров и поселил в дружной семье джазменов и наших соотечественников. Мы этого никогда не забудем».</blockquote>

Какими мы все были джазистами!<br>  
Трое собрались – и это уже «джаз-банда»: один ноет саксофоном, другой  сквозь сжатые губы оттягивает струны контрабаса, третий отбивает ритм  на всём, обо что можно хлопать ладонями. И ведь получалось!<br>  
Мы могли по памяти воспроизвести, как по нотам, какую-нибудь популярную мелодию – «Сан-Луи блюз», «Лид-отель» -  или в разговоре: «А как вот в этом месте вступал сакс!» или «видел, как Лаци Олах у  Цфасмана  жонглировал палочками?»<br> 
Видел, и замирал при мелькании в воздухе этих палочек Лаци. Видел и многоминутное солирование  ударников в других оркестрах, когда палочки летали в руках виртуозов.<br> 
<br>  
Ударнику прощалось всё: помните, фразу из фильма «Антон Иваныч сердится»:<br>  
::-  Кто такой ударник в симфоническом оркестре? – барабанщик. А в джазе он - король!<br> 
<br>
<br> 
На концертах были забавные случаи: трубач в оркестре Эдди Рознера, а трубачи сидели на третьем, верхнем  ярусе эстакады, вдруг, откинувшись на спинку стула назад, исчез с наших глаз – задних перил у этих ярусов не было.  К счастью обошлось без травмы.<br>   
А у лундстремовского  ударника, при резком взмахе рук, однажды в зрительный зал улетели обе палочки.<br> 
<br> 
А кто помнит: «Москва-Калуга, Лос Анжелóс объединились в один совхоз!» на мотив «Сан-Луи блюз»?<br> 
<br> 
Привязанность к определённым музыкальным новинкам предугадать было нельзя.<br>
<br>   
Один сезон в моде были мелодии румынские («Я тебя люблю», «Букурешти»), потом чешские («Глупый Иванушка», «Смеющийся саксофон», «Вишнёвый сад», Гелена Лоубалова с «Красной розочкой»), их сменяли немецкие, очень надолго итальянские («Ариведерчи, Рома! Гудбай, оревуар…»),  за ними накатилась бразильская волна  («Фарроупилья», «Каждая самба должна иметь своё пандейро», «Мама, я хочу на карнавал» и – вспомнили? – «Пчёлка и бабочка»).<br> 
<br>  
Отдельные исполнители приобретали необычайную, но временную популярность, как, например, Гуальтиеро Мизиано («Два сольди», «Огненная луна», «Душа и сердце»), молоденький Робертино  Лоретти, песни которого раздавались из каждого окна, Катарина Валенте. Записи оркестров Карела Влаха и Вацлава Заградника, Жолдоша Имре.<br> 
<br> 
Неожиданно возник интерес к мексиканским песням. Возможно, этому способствовало появление в нашем прокате двух-трёх мексиканских фильмов, в которых зазвучали «Кукарачча» и «Бесаме, мучо». Последняя звучала на всех вечерах и на всех танцплощадках. Было несколько самодеятельных переводов текста на русский язык, припев в одном из них начинался так: «Милая, милая  Муча!».<br> 
<br> 
После Московского фестиваля молодёжи и студентов появились пластинки молодых исполнителей Югославии и Венгрии: Марта Зараи, Радмила Караклаич, Джордже Марьянович, Марианна Держай.<br> 
Прошла вторая волна итальянских песен: «Мамбо италиана», «Домино».<br> 
<br> 
<br> 
В Баку гастролировали эстрадные (читайте: джазовые) оркестры Эдди Рознера, Бадхена, Олега Лундстрема, Цфасмана.<br> 
Элегантный Олег Лундстрем. Кто знает, может быть мы могли бы пройти мимо друг друга на улицах Харбина в начале сороковых? Хотя нет, он уехал в Шанхай раньше, а я тогда был совсем малышом.<br>  
Каждая нота его партитур  чётко выверена и в классическом исполнении джазовых мелодий, и в импровизациях классики. Это Олег Лундстрем вернул нам мелодии Гленна Миллера. <br> 
<br> 
Бадхен впечатлений не оставил. Разве что своим довольно полным задом, который постоянно вертелся перед зрителями, когда его хозяин дирижировал оркестром. Мелодии его мы знали по пластинкам.<br> 
<br> 
Александр Цфасман - прекраснейший виртуоз и импровизатор, но знакомые мелодии растворялись и терялись  в вихре его импровизаций.<br> 
<br> 

[[Файл:Ady Rosner.JPG|150px|left]]


Дважды мне повезло слышать и видеть Эдди Рознера, которого Луи Армстронг признавал равным себе, или даже выше. У меня остался его карандашный портрет с автографом: спасибо Анатолию Владимировичу Вышемирскому, папе нашего Вышки, который доставал нам контрамарки и провожал за кулисы.<br>  
А начинался его концерт так: «Сейчас вы слышите голос скрипок… голоса саксофонов…дробь ударника… а это вы слышите золотой голос трубы Эдди Рознера!».<br> 
<br> 



 
Любимейшее наше трио: Луи (Лазарь) Маркович, Павел Гофман и Юрий Благов  с ещё довоенным шлягером «Мандолина, гитара и бас»,  песенкой ковбоя «Хорошо в степи скакать…», и польскую песенку «Тиха вода бжеги рве» (популярную у нас «Ай да парень, паренёк»). Звучала  запрещённая, но, конечно,  не без санкции свыше, ностальгическая песня Петра Лещенко  «Здесь под небом чужим…» в притихшем зале.<br> 
<br> 
Неожиданно Эдди Рознер выходил за рамки  обожаемого нами джаза. Почти с возмущением и недоумением я услышал объявление следующего номера: «Дунайские волны» и парный концертный танец.<br> 
Только через десятилетия, увидев это на чётно-белой плёнке по телевизору, я понял, как прекрасно было всё, к чему прикасались талантливые руки Рознера.<br>  
Он подарил народу Нину Дорду: «Мой Вася!»,  «Ландыши», «Стиляга». Он открыл нам Капиталину Лазаренко, Майю Кристаллинскую, Ларису Мондрус, Жанну Бичевскую, Гюлли Чохели.<br>  
Мы замирали от пятиминутного солирования на ударных Бориса Матвеева.<br> 
<br> 
Через пятнадцать лет я узнал, что у Рознера одно время на разных инструментах играл  Давид  Голощёкин, с которым встретился в конце семидесятых в Питере, в кинотеатре  на Загородном проспекте, который он превратил в Филармонию джазовой музыки. И привнёс  в советский  джаз скрипку тоже он.<br> 
<br> 
На втором концерте Эдди Рознера  при перед объявлением нового номера - заговорщицкий тон у ведущего, мол, сюрприз для публики – меня посетило какое-то вдохновение  и я с амфитеатра почти выкрикнул: - Махмуд Эсамбаев?!.. (в эти дни в Баку были гастроли артиста). Если бы взгляд ведущего мог убивать…<br>  
Вот так, нечаянно, мы увидели номера знаменитого танцовщика – «Бог солнца», «Человек-манекен».


<center>{{#Widget:YouTube|id=P6sM-6SPUPw}}</center>




Немного об авторе:<br> 
<br> 
'''''Станислав Ашмарин''''' (1937). 
В 1955г. окончил в Баку школу №8. Выпускник АМИ, санитарно-гигенический факультет (1956 - 1962).<br>  
В Баку жил на ул.Шаумяна (ныне пр. З. Алиевой) 22.<br> 
Врач-гигенист, известный художник-карикатурист.<br> 
С 1944 года двадцать пять лет прожил в Баку.<br> 
<br> 
Читайте также у нас на сайте - [[Бакинская молодежь пятидесятых годов - о студентах, стилягах и пр.|'''Бакинская молодежь пятидесятых годов - о студентах, стилягах и пр.''']] и [[Ашмарин Станислав о себе и о Баку ("Баку в моем сердце")|'''Ашмарин Станислав о себе и о Баку ("Баку в моем сердце")''']]


[[Category:Бакинцы_о_Баку]][[Category:Наши_авторы]][[Category:Музыка]]