Материал из OurBaku
Перейти к: навигация, поиск
[непроверенная версия][непроверенная версия]
Строка 1: Строка 1:
 
[[Category:Все_бакинцы]][[Category:Нефтяники]]
 
[[Category:Все_бакинцы]][[Category:Нефтяники]]
 
== Молий Анна Яковлевна- нефтяник, почетный гражданин г. Ухты ==
 
== Молий Анна Яковлевна- нефтяник, почетный гражданин г. Ухты ==
 +
'''''1909 - 1979'''''
  
 
[[Файл:Молий А.jpg|center|thumb|200px]]
 
[[Файл:Молий А.jpg|center|thumb|200px]]
 
'''1909 - 1979'''
 
  
 
Анна Молий родилась в Баку в 1909 году в семье рабочего. Родители называли ее Нюрой. С детства на ее плечи легли заботы по дому, о младших сестре и трех братьях. По воспоминаниям близких, в школе она увлекалась пением, ставила детские спектакли, была и режиссером, и актером.
 
Анна Молий родилась в Баку в 1909 году в семье рабочего. Родители называли ее Нюрой. С детства на ее плечи легли заботы по дому, о младших сестре и трех братьях. По воспоминаниям близких, в школе она увлекалась пением, ставила детские спектакли, была и режиссером, и актером.
После окончания стенографистских курсов, в 1928 году она поступила в Азербайджанский Краснознаменный индустриальный институт на факультет переработки нефти. Со студенческой скамьи ей приходилось доказывать, что «нет работы мужской и женской, надо лишь крепко драться за нее».
+
После окончания стенографистских курсов,в 1928 году она поступила в Азербайджанский индустриальный институт на факультет переработки нефти. Со студенческой скамьи ей приходилось доказывать, что «нет работы мужской и женской, надо лишь крепко драться за нее».
 +
 
 +
Училась на «отлично», получила «путевку» в аспирантуру, но выбрала работу на производстве. Правда, с трудом устроилась вместе с подругой на Бакинский нефтеперерабатывающий завод. Руководство встретило их словами: «Какие из этих пигалиц инженеры?!»<br>А 23-летние «пигалицы», начинающие инженеры-технологи, изучали механизмы, не боясь запачкаться в нефти и мазуте. Привычка не обращать особого внимания на одежду (чисто, аккуратно - и достаточно) осталась у Молий на всю жизнь.
  
Училась на «отлично», получила «путевку» в аспирантуру, но выбрала работу на производстве. Правда, с трудом устроилась вместе с подругой на Бакинский нефтеперерабатывающий завод. Руководство встретило их словами: «Какие из этих пигалиц инженеры?!»
 
А 23-летние «пигалицы», начинающие инженеры-технологи, изучали механизмы, не боясь запачкаться в нефти и мазуте. Привычка не обращать особого внимания на одежду (чисто, аккуратно - и достаточно) осталась у Молий на всю жизнь.
 
 
Вскоре на заводе случился большой пожар, несколько часов горела установка, на которой она работала. В 1938 году репрессии коснулись и ее семьи: арестовали дядю, брата, да и ей «припомнили» пожар. С завода уволили, тогда весь коллектив встал на ее защиту. Ушла в отдел Азнефтезаводпроекта, но тесновато ей было в стенах проектной организации. Узнала, что подруга уезжает осваивать нефтепромыслы на Украине, и тоже засобиралась в дорогу.
 
Вскоре на заводе случился большой пожар, несколько часов горела установка, на которой она работала. В 1938 году репрессии коснулись и ее семьи: арестовали дядю, брата, да и ей «припомнили» пожар. С завода уволили, тогда весь коллектив встал на ее защиту. Ушла в отдел Азнефтезаводпроекта, но тесновато ей было в стенах проектной организации. Узнала, что подруга уезжает осваивать нефтепромыслы на Украине, и тоже засобиралась в дорогу.
 +
 
Тогда, обращаясь к бакинским нефтяникам, партия бросила клич: поможем освоить несметные богатства Севера. Откликнулись сотни бакинских и грозненских нефтяников, в их числе и Анна Молий. В Ухте их встретили радушно: «Братья, бакинцы! Добро пожаловать!»
 
Тогда, обращаясь к бакинским нефтяникам, партия бросила клич: поможем освоить несметные богатства Севера. Откликнулись сотни бакинских и грозненских нефтяников, в их числе и Анна Молий. В Ухте их встретили радушно: «Братья, бакинцы! Добро пожаловать!»
  
«Вспоминается 1940 год. Я впервые приехала в Ухту для создания здесь крупного нефтяного района. После бакинского солнца пришлось привыкать к северным морозам», - так Анна Яковлевна вспоминала свою первую встречу с Ухтой. И потом энтузиазма не прибавилось: «Выросла среди каменных домов. А тут – одни деревянные. Привыкла к многолюдию. А тут даже на ноябрьскую демонстрацию собралось… хорошо, еще если сто человек».
+
«Вспоминается 1940 год. Я впервые приехала в Ухту для создания здесь крупного нефтяного района. После бакинского солнца пришлось привыкать к северным морозам», - так Анна Яковлевна вспоминала свою первую встречу с Ухтой. И потом энтузиазма не прибавилось: «Выросла среди каменных домов. А тут – одни деревянные. Привыкла к многолюдию. А тут даже на ноябрьскую демонстрацию собралось… хорошо, еще если сто человек».<br>Ее сразу назначили инженером производственного отдела Ухткомбината и куратором НПЗ.
Ее сразу назначили инженером производственного отдела Ухткомбината и куратором НПЗ.
+
  
 
В тяжелейший военный 42-ой ее назначают директором завода и одновременно главным инженером. Шла война, и направить инженера не было возможности. «Придется вам работать за двоих. Масштабы у нас не бакинские, но вам будет очень трудно», - сказали ей в горкоме партии.
 
В тяжелейший военный 42-ой ее назначают директором завода и одновременно главным инженером. Шла война, и направить инженера не было возможности. «Придется вам работать за двоих. Масштабы у нас не бакинские, но вам будет очень трудно», - сказали ей в горкоме партии.
Строка 22: Строка 21:
 
[[Файл:Молий А.Я. .jpg|center|Молий А.Я. (www.nepsite.com)]]  
 
[[Файл:Молий А.Я. .jpg|center|Молий А.Я. (www.nepsite.com)]]  
  
Во время войны десятидневные сроки сжимались до трех дней. Отсутствие необходимых установок компенсировали изобретательностью и новаторством технических решений. Любое предложение Анна Яковлевна проверяла, и если оно давало хоть малейший эффект, тут же внедрялось. Люди радовались: каждая тонна сверхпланового горючего – это их удар по врагу.
+
Во время войны десятидневные сроки сжимались до трех дней. Отсутствие необходимых установок компенсировали изобретательностью и новаторством технических решений. Любое предложение Анна Яковлевна проверяла, и если оно давало хоть малейший эффект, тут же внедрялось. Люди радовались: каждая тонна сверхпланового горючего – это их удар по врагу.<br>В военные годы завод разрастался и выпускал все новую продукцию: несколько видов масел, солидол, мазут. Наладили выпуск лакового битума. Из ярегской нефти в лаборатории завода получили уникальные незамерзающие смазочные масла, которые требовались для вступающей в эксплуатацию Печорской железнодорожной магистрали.
В военные годы завод разрастался и выпускал все новую продукцию: несколько видов масел, солидол, мазут. Наладили выпуск лакового битума. Из ярегской нефти в лаборатории завода получили уникальные незамерзающие смазочные масла, которые требовались для вступающей в эксплуатацию Печорской железнодорожной магистрали.
+
  
 
Переходящими Красными знаменами были отмечены заслуги нефтепереработчиков, а их руководителя А.Я.Молий в 1943 году наградили медалью “За трудовое отличие”, в 1944 году орденом Трудового Красного Знамени.
 
Переходящими Красными знаменами были отмечены заслуги нефтепереработчиков, а их руководителя А.Я.Молий в 1943 году наградили медалью “За трудовое отличие”, в 1944 году орденом Трудового Красного Знамени.
Строка 29: Строка 27:
 
Закончилась война, но забот отнюдь не убавилось. В 1951 году А.Я.Молий вновь выдвинули в аппарат управления старшим инженером, затем заместителем начальника производственно-технического отдела Ухтинского комбината, а в 1953 году направили на учебу в Московскую академию нефтяной промышленности. По ее окончании она вновь назначена директором, только теперь уже нефтеперерабатывающего завода. В должности директора нефтеперерабатывающего завода она проработала двадцать лет.
 
Закончилась война, но забот отнюдь не убавилось. В 1951 году А.Я.Молий вновь выдвинули в аппарат управления старшим инженером, затем заместителем начальника производственно-технического отдела Ухтинского комбината, а в 1953 году направили на учебу в Московскую академию нефтяной промышленности. По ее окончании она вновь назначена директором, только теперь уже нефтеперерабатывающего завода. В должности директора нефтеперерабатывающего завода она проработала двадцать лет.
  
Как вспоминает ветеран завода Л. М. Хухарева, слово директора
+
Как вспоминает ветеран завода Л. М. Хухарева, слово директора было законом, и не только на заводе, но и в горкоме партии. Если Она так сказала, значит возражений быть не может.
было законом, и не только на заводе, но и в горкоме партии. Если Она так сказала, значит возражений быть не может.
+
  
 
В общей сложности более двух десятилетий она руководила таким сложным предприятием, как Ухтинский НПЗ. Орденами Ленина и “Знак Почета”, двумя орденами Трудового Красного Знамени, медалями, званиями заслуженного деятеля науки и техники Коми АССР, заслуженного работника нефтяной и газовой промышленности Коми АССР отмечен ее поистине героический труд. Ее имя в 1964 году занесено в Книгу Трудовой Славы Коми АССР, она является почетным гражданином города Ухты.
 
В общей сложности более двух десятилетий она руководила таким сложным предприятием, как Ухтинский НПЗ. Орденами Ленина и “Знак Почета”, двумя орденами Трудового Красного Знамени, медалями, званиями заслуженного деятеля науки и техники Коми АССР, заслуженного работника нефтяной и газовой промышленности Коми АССР отмечен ее поистине героический труд. Ее имя в 1964 году занесено в Книгу Трудовой Славы Коми АССР, она является почетным гражданином города Ухты.
  
 
Однако в 1967 году все резко изменилось. Директора с безупречной репутацией перевели на научную работу – руководителем лаборатории переработки газа и конденсата Коми филиала Всесоюзного научно-исследовательского института природных газов с таким уточнением: «В настоящее время ваш практический опыт и знания нужнее на этой работе». Для нее это стало ударом. Потрясены были и на заводе, и в министерстве нефтяной промышленности в Москве. В лаборатории Анна Яковлевна проработала более 12 лет, до последнего дня жизни.
 
Однако в 1967 году все резко изменилось. Директора с безупречной репутацией перевели на научную работу – руководителем лаборатории переработки газа и конденсата Коми филиала Всесоюзного научно-исследовательского института природных газов с таким уточнением: «В настоящее время ваш практический опыт и знания нужнее на этой работе». Для нее это стало ударом. Потрясены были и на заводе, и в министерстве нефтяной промышленности в Москве. В лаборатории Анна Яковлевна проработала более 12 лет, до последнего дня жизни.
 
  
 
[[Файл:Молий А.Я. и её муж Кремс А.Я.jpg|thumb|300px|center|Молий А.Я. и её муж Кремс А.Я.]]
 
[[Файл:Молий А.Я. и её муж Кремс А.Я.jpg|thumb|300px|center|Молий А.Я. и её муж Кремс А.Я.]]
 
  
 
Приехав в Ухту, Анна Яковлевна узнала, что здесь работает ее земляк, [[Кремс Андрей Яковлевич - профессор, доктор геологических наук, репрессирован|Андрей Яковлевич Кремс]]. Вскоре они познакомились. В 1942 году он стал заместителем начальника Ухтинского комбината по геологии. Молий к тому времени - директором НПЗ. Им полагались отдельные квартиры, но с жильем было трудно. Кремс с женой и Анна Молий поселились в трехкомнатной квартире в доме на улице Пушкина. Жили одной семьей, потом вместе переехали на Студенческую улицу (ныне Кремса). Вместе пережили смерть двоих сыновей Кремса, его жены Анны Андреевны. У самой Анны Яковлевны детей не было. Всю свою материнскую любовь она подарила племяннику Лёве, которого привезла из Баку и воспитывала с 16 лет. В последние годы они особенно сблизились с Кремсом. Андрей Яковлевич в 1969 году стал ее мужем. Но счастье было недолгим, через шесть лет он умер. Она пережила супруга всего на четыре года.
 
Приехав в Ухту, Анна Яковлевна узнала, что здесь работает ее земляк, [[Кремс Андрей Яковлевич - профессор, доктор геологических наук, репрессирован|Андрей Яковлевич Кремс]]. Вскоре они познакомились. В 1942 году он стал заместителем начальника Ухтинского комбината по геологии. Молий к тому времени - директором НПЗ. Им полагались отдельные квартиры, но с жильем было трудно. Кремс с женой и Анна Молий поселились в трехкомнатной квартире в доме на улице Пушкина. Жили одной семьей, потом вместе переехали на Студенческую улицу (ныне Кремса). Вместе пережили смерть двоих сыновей Кремса, его жены Анны Андреевны. У самой Анны Яковлевны детей не было. Всю свою материнскую любовь она подарила племяннику Лёве, которого привезла из Баку и воспитывала с 16 лет. В последние годы они особенно сблизились с Кремсом. Андрей Яковлевич в 1969 году стал ее мужем. Но счастье было недолгим, через шесть лет он умер. Она пережила супруга всего на четыре года.
Строка 45: Строка 40:
  
  
 +
По материалам статьи '''Т. Пашинской'''  [http://www.nepsite.com/node/4476 / “Судьба по имени ЗАВОД”]
  
по материалам статьи '''Т. Пашинской'''  [http://www.nepsite.com/node/4476 / “Судьба по имени ЗАВОД”]
+
===Фотальбом Анны Молий===
 
+
Фотографии предоставлены нашему сайту В.Гириным
  
 
'''''Jonka 15:26, 1 ноября 2009 (UTC)'''''
 
'''''Jonka 15:26, 1 ноября 2009 (UTC)'''''

Версия 01:13, 12 апреля 2019

Молий Анна Яковлевна- нефтяник, почетный гражданин г. Ухты

1909 - 1979

Молий А.jpg

Анна Молий родилась в Баку в 1909 году в семье рабочего. Родители называли ее Нюрой. С детства на ее плечи легли заботы по дому, о младших сестре и трех братьях. По воспоминаниям близких, в школе она увлекалась пением, ставила детские спектакли, была и режиссером, и актером. После окончания стенографистских курсов,в 1928 году она поступила в Азербайджанский индустриальный институт на факультет переработки нефти. Со студенческой скамьи ей приходилось доказывать, что «нет работы мужской и женской, надо лишь крепко драться за нее».

Училась на «отлично», получила «путевку» в аспирантуру, но выбрала работу на производстве. Правда, с трудом устроилась вместе с подругой на Бакинский нефтеперерабатывающий завод. Руководство встретило их словами: «Какие из этих пигалиц инженеры?!»
А 23-летние «пигалицы», начинающие инженеры-технологи, изучали механизмы, не боясь запачкаться в нефти и мазуте. Привычка не обращать особого внимания на одежду (чисто, аккуратно - и достаточно) осталась у Молий на всю жизнь.

Вскоре на заводе случился большой пожар, несколько часов горела установка, на которой она работала. В 1938 году репрессии коснулись и ее семьи: арестовали дядю, брата, да и ей «припомнили» пожар. С завода уволили, тогда весь коллектив встал на ее защиту. Ушла в отдел Азнефтезаводпроекта, но тесновато ей было в стенах проектной организации. Узнала, что подруга уезжает осваивать нефтепромыслы на Украине, и тоже засобиралась в дорогу.

Тогда, обращаясь к бакинским нефтяникам, партия бросила клич: поможем освоить несметные богатства Севера. Откликнулись сотни бакинских и грозненских нефтяников, в их числе и Анна Молий. В Ухте их встретили радушно: «Братья, бакинцы! Добро пожаловать!»

«Вспоминается 1940 год. Я впервые приехала в Ухту для создания здесь крупного нефтяного района. После бакинского солнца пришлось привыкать к северным морозам», - так Анна Яковлевна вспоминала свою первую встречу с Ухтой. И потом энтузиазма не прибавилось: «Выросла среди каменных домов. А тут – одни деревянные. Привыкла к многолюдию. А тут даже на ноябрьскую демонстрацию собралось… хорошо, еще если сто человек».
Ее сразу назначили инженером производственного отдела Ухткомбината и куратором НПЗ.

В тяжелейший военный 42-ой ее назначают директором завода и одновременно главным инженером. Шла война, и направить инженера не было возможности. «Придется вам работать за двоих. Масштабы у нас не бакинские, но вам будет очень трудно», - сказали ей в горкоме партии.


Молий А.Я. (www.nepsite.com)

Во время войны десятидневные сроки сжимались до трех дней. Отсутствие необходимых установок компенсировали изобретательностью и новаторством технических решений. Любое предложение Анна Яковлевна проверяла, и если оно давало хоть малейший эффект, тут же внедрялось. Люди радовались: каждая тонна сверхпланового горючего – это их удар по врагу.
В военные годы завод разрастался и выпускал все новую продукцию: несколько видов масел, солидол, мазут. Наладили выпуск лакового битума. Из ярегской нефти в лаборатории завода получили уникальные незамерзающие смазочные масла, которые требовались для вступающей в эксплуатацию Печорской железнодорожной магистрали.

Переходящими Красными знаменами были отмечены заслуги нефтепереработчиков, а их руководителя А.Я.Молий в 1943 году наградили медалью “За трудовое отличие”, в 1944 году орденом Трудового Красного Знамени.

Закончилась война, но забот отнюдь не убавилось. В 1951 году А.Я.Молий вновь выдвинули в аппарат управления старшим инженером, затем заместителем начальника производственно-технического отдела Ухтинского комбината, а в 1953 году направили на учебу в Московскую академию нефтяной промышленности. По ее окончании она вновь назначена директором, только теперь уже нефтеперерабатывающего завода. В должности директора нефтеперерабатывающего завода она проработала двадцать лет.

Как вспоминает ветеран завода Л. М. Хухарева, слово директора было законом, и не только на заводе, но и в горкоме партии. Если Она так сказала, значит возражений быть не может.

В общей сложности более двух десятилетий она руководила таким сложным предприятием, как Ухтинский НПЗ. Орденами Ленина и “Знак Почета”, двумя орденами Трудового Красного Знамени, медалями, званиями заслуженного деятеля науки и техники Коми АССР, заслуженного работника нефтяной и газовой промышленности Коми АССР отмечен ее поистине героический труд. Ее имя в 1964 году занесено в Книгу Трудовой Славы Коми АССР, она является почетным гражданином города Ухты.

Однако в 1967 году все резко изменилось. Директора с безупречной репутацией перевели на научную работу – руководителем лаборатории переработки газа и конденсата Коми филиала Всесоюзного научно-исследовательского института природных газов с таким уточнением: «В настоящее время ваш практический опыт и знания нужнее на этой работе». Для нее это стало ударом. Потрясены были и на заводе, и в министерстве нефтяной промышленности в Москве. В лаборатории Анна Яковлевна проработала более 12 лет, до последнего дня жизни.

Молий А.Я. и её муж Кремс А.Я.

Приехав в Ухту, Анна Яковлевна узнала, что здесь работает ее земляк, Андрей Яковлевич Кремс. Вскоре они познакомились. В 1942 году он стал заместителем начальника Ухтинского комбината по геологии. Молий к тому времени - директором НПЗ. Им полагались отдельные квартиры, но с жильем было трудно. Кремс с женой и Анна Молий поселились в трехкомнатной квартире в доме на улице Пушкина. Жили одной семьей, потом вместе переехали на Студенческую улицу (ныне Кремса). Вместе пережили смерть двоих сыновей Кремса, его жены Анны Андреевны. У самой Анны Яковлевны детей не было. Всю свою материнскую любовь она подарила племяннику Лёве, которого привезла из Баку и воспитывала с 16 лет. В последние годы они особенно сблизились с Кремсом. Андрей Яковлевич в 1969 году стал ее мужем. Но счастье было недолгим, через шесть лет он умер. Она пережила супруга всего на четыре года.

Умерла Анна Яковлевная Молий в апреле 1979 года.


По материалам статьи Т. Пашинской / “Судьба по имени ЗАВОД”

Фотальбом Анны Молий

Фотографии предоставлены нашему сайту В.Гириным

Jonka 15:26, 1 ноября 2009 (UTC)

comments powered by Disqus
Рекомендация close

Главная страница