Материал из OurBaku
Перейти к: навигация, поиск

Первое светское учебное заведение в Баку

Заур Ализаде
член Дворянского меджлиса Азербайджана,
профессор химии.

На самом деле оно было открыто не в 1887 году, как принято считать, а на 55 лет раньше…

Ежегодно в сентябре, для учащихся школ и студентов, как обычно, начинается новый учебный год. Но будущий 2012 год для учебных заведений Баку будет не совсем обычным, а юбилейным. 180 лет назад, в 1832 году в Баку было открыто первое светское учебное заведение – Бакинское уездное училище.

В нашей литературе устоялось ошибочное мнение, что первое учебное заведение в Баку открыто на 55 лет позже – в 1887 году. Вот что писал, к примеру, А.Нурджаханоглы в статье «Первый шаг» (газета «Баку» 3.06.1988.): «В феврале 1832 года А.Бакиханов представил главноуправляющему Закавказским краем проект учреждения училища в Баку. Это была первая попытка открыть светское учебное заведение в Азербайджане… Однако планам замечательного ученого-просветителя не суждено было сбыться. Проект, представленный барону Г.Розену, остался без движения. Лишь 55 лет спустя, в 1887 году, Г.Махмудбековым и С.М.Ганизаде в Баку было открыто первое русско-азербайджанское училище». Автор настоящей статьи тогда же в 1988 году, сразу после публикации, отправил в редакцию газеты возражение, основанное на материалах личного архива. Письмо, однако, осталось без ответа.

Известный писатель и публицист Манаф Сулейманов в интереснейшей книге о старом Баку «Дни минувшие» также не избежал неточности: «В 1850 году правительство открыло для детей мусульман первую школу с начальным обучением. В эту школу были определены 3 учителя и 50 учеников… В 1887 году, в результате многолетних усилий старейших деятелей отечественного просвещения – Солтан Меджида Ганизаде и Габиббека Махмудбекова – были открыты первые русско-татарские школы». (стр. 155).

Не уменьшая заслуг выдающихся просветителей С.М.Ганизаде и Г.Махмудбекова в развитии азербайджанского просвещения и национальной культуры, должен подчеркнуть, что только изучение материалов в центральном архиве города Тбилиси – официальном местопребывании наместника Кавказа в XIX веке – позволило нашему видному ученому, историку Энверу Мирзакули оглы Ахмедову впервые установить точную дату создания в Баку первого светского учебного заведения, а именно, что Бакинское уездное училище начало функционировать уже с 17 января 1832 года, где впервые преподавались русский и азербайджанский языки, и основы светских наук [1].


Как выглядел Баку в 1832 году.

Для лучшего понимания условий того времени представим себе, как выглядел Баку в год открытия уездного училища, т.е. через 26 лет после насильственного присоединения Бакинского ханства к Российской империи.

Согласно первой в истории Баку поименной переписи населения, в 1832 году общее число жителей города превышало 7300 душ обоего пола. Из них по индивидуальному списку было: 3493 азербайджанца - «татарина», как их тогда называли, (и примерно столько же женщин - азербайджанок, не внесенных в список), 172 армянина и 161 армянка. Русская администрация и гарнизон, которые не являлись субъектами, облагаемыми налогами, в перепись не вошли [2]. Это был ярко выраженный мусульманский город, 96% населения которого составляли коренные азербайджанцы.

Обладая удобной, лучшей на Каспийском море гаванью, Баку расширял торговые связи и превращался в оживленный портовый город, где совершались сделки и происходила транзитная перевалка закавказских, российских, персидских, среднеазиатских товаров. В 1832 году ввоз и вывоз товаров совокупно оценивались в 3.445.013 рублей. Выгоды торговли привлекали в Баку на постоянное жительство кубинцев, ширванцев, муганцев и других жителей Азербайджана [2]. Торговля накладывала сильный отпечаток и на состав населения, с нею были связаны более половины всех жителей. Кроме купцов, коммерсантов, владельцев лавок, её обслуживали музуры -матросы торговых судов, курсировавших по Каспию, поденщики, привлекавшиеся к погрузке и разгрузке лодок и караванов и другим работам, приказчики. Ткачи, башмачники, шапочники, портные, слесари, кузнецы, лудильщики, каменьщики, плотники, мельники, чуречники, шерстобиты, красильщики, серебряных дел мастера, цирюльники и прочие ремесленники составляли четверть бакинского населения [2].

В 1832 году Баку ещё не был «городом нефти» в современном понимании, так как нефтью занимались исключительно жители абшеронских сел Балаханы, Сабунчи, Раманы, Шубаны и других, которые добывали ее из многочисленных колодцев вручную. Пока ещё нефть была предметом купли-продажи на внутреннем и внешнем рынке только для них. Вывозили из Баку, главным образом, черную и белую нефть, соль, шафран, марену, ковры, шерстяные изделия и многое другое. Ввозили лес, бумагу, шелк, шали, плоды.

В городе было 1358 домов, более 85% населения жило внутри крепости и около 15% - за ее стенами, с северо-восточной стороны в форштадте. В городе было 500 отдельных лавок, 9 каравансараев с 207 лавками в них, 48 мельниц, 8 бань, 28 мечетей, 1 православная и 1 армяно-григорианская церкви.

Первое светское учебное заведение в Баку.

До 1832 года в городе не было ни одного светского учебного заведения. Во многих уголках старого Баку были лишь мектебы при мечетях, так называемые «моллахана». В них готовили преимущественно духовных лиц, а образование сводилось к изучению Корана, священных книг, азбуки и некоторых правил арабского и персидского языков. Азербайджанский язык не изучали вовсе…

После завоевания Азербайджана Российской империей стала ощущаться потребность в служебных кадрах из местного населения, знающих азербайджанский, как язык коренного населения, так и русский языки. Именно поэтому 2 августа 1829 года Николай I «высочайше» утвердил «Положение о закавказских училищах», предусматривающее открытие в Закавказье одной гимназии (в Тифлисе) и ряда уездных училищ.

Для осуществления этого «Положения» 30 декабря 1830 года было открыто уездное училище в Шуше, в 1831 году – в Шеки, 17 января 1832 года – в Баку и 8 февраля 1833 года – в Гяндже. Несколько позже, 25 марта 1837 года уездное училище было открыто в Нахичевани, а в 1938 году -в Дербенте и Шемахе[1,3].

Изыскания Э.Ахмедова в конце 80-х годов прошлого века [1], а также новые архивные материалы, выявленные в течение последнего года на сайте «Наш Баку» [4], позволили установить интересные сведения о первом светском учебном заведении в Баку и его учителях.

На первых порах в двухклассном уездном училище было очень мало учеников и учителей. Мусульмане неохотно отдавали своих детей в училище. В 1834 году в Бакинском училище было всего 22 ученика и 2 учителя.

Ученики изучали русский и азербайджанский языки, закон Божий и мусульманское право - шариат, арифметику, чтение и чистописание. Русский язык. закон Божий, арифметику преподавал русский учитель, а азербайджанский язык и мусульманское право – азербайджанец.

Начиная с 1 января 1836 года по новому «Положению», училище стало трехклассным, и ученики помимо перечисленных, также изучали русскую грамматику, краткий курс всеобщей, русской и местной истории, всеобщую и русскую географию, преимущественно Закавказского края, арифметику и начала геометрии, черчение и рисование [4].

Из стен уездных училищ, имевших целью привить детям начальные светские знания и подготовить учащихся к продолжению образования в тифлисской гимназии, выщли первые знатоки в Азербайджане русского языка и светских наук, вырастали первые учителя азербайджанского языка.

И первым учителем азербайджанского языка и шариата в Бакинском уездном училище, более четверти века, со дня его основания и до 1859 года, как известно [1,3,4] был Мирза Абдул-Рагим Имам Али оглы Алиев. Это мой прапрадед.

Первый учитель азербайджанского языка и шариата
в Бакинском уездном училище и его потомки

Из документов семейного архива известно, что Гаджи Мирза Абдул-Рагим Имам Али оглы был дворянином, всесторонне образованным человеком своего времени, знал арабский, персидский, тюркский и русский языки. Он был одним из инициаторов создания Бакинского училища. Его отец Молла Имам Али, был духовным лицом. Мирза Абдул-Рагим был женат на Биби ханум Джафар кызы, имел 4 сыновей и 3 дочерей. Все сыновья получили светское образование, свободно владели несколькими языками. Старший сын Мирза Абдул-Рагима – мой прадед Мирза Зейнал Абдин бек Алиев (1826-1891) – один из первых выпускников этого училища, был дворянином, имел чин титулярного советника, Гаджи Мирза Насрулла – был губернским секретарем, Гаджи Мустафа – коллежским регистратором, а Ахунд Кербалай Мамед Гасан, как и все Ахунды, относился к высшему духовенству. Дочерей звали Туту ханум, Гаджар ханум и Умм Салима ханум. Почти все дети имели семьи и продолжателей рода.

У старшего сына Мирза Абдул-Рагима Имам Али оглы, моего прадеда, Мирза Зейнал Абдина и его жены Умм Салима ханум было 10 детей - 6 сыновей и 4 дочери: старший сын Кербалай Гаджи Ага бек Алиев (1861-1918/19) был коммерсантом, имел 2 сыновей[1] и дочь, дворяне Маммед Али бек Алиев (1867-1930/32) и Маммед Таги бек Алиев (1874—5.01.1916), мой дедушка, также занимались коммерцией и имели дома.

У Маммед Али бека детей не было, а дедушка был женат на Усния ханум Паша бек кызы Везировой, имел сына[2] и 2 дочерей. О других его сыновьях - Абдул Халыг беке, Мирза Ага беке мне мало что известно. Его дочери–Ханбаджи ханум Кязимова,[3] Секина ханум Селимханова, Месма ханум Агаева и Ругия Бейим ханум имели многочисленных потомков.


Алиевы внуки.jpg
Внуки Мирза Абдул-Рагима Имам Али оглы
Кербалай Гаджи Ага–бек (1861-1918/19), Маммед Али бек (1867-1930/32), Маммед Таги бек (1874-1916) Алиевы

У другого сына Гаджи Мирза Абдул-Рагима Имам Али оглы - Ахунд Кербалай Мамед Гасана был единственный - сын Мирза Маммед Алиев (1885-1947), у которого, в свою очередь было 3 сына и 3 дочери.
Старший внук, названный Ахундом в честь своего деда, - Ага Мустафа Имам Али, окончил в Германии Высшее техническое училище по отделению кораблестроения и стал первым азербайджанцем - конструктором кораблей.
Другого внука он назвал в честь своего отца - доктор медицинских наук, профессор Абдул Рагим Алиев был видным хирургом, уважаемым ученым-медиком в советском Азербайджане.
Третьего внука назвали уже в его честь - Мамед Гасаном, который был одним из старейших метеорологов.

Дочь Гаджи Мирза Абдул-Рагима - Гаджар ханум Алиева была замужем за Гамид беком Юсуфбековым, а их сын Азиз бек Юсуфбеков, женатый на Гыз-ана ханум, был генералом царской армии, участником ряда сражений.

В 30-е годы XIX века российская администрация принуждала азербайджанцев, помимо имени и отчества, брать еще и фамилию, что ранее у азербайджанцев не практиковалось. Поэтому при открытии училища, писавшийся как Мирза Абдул-Рагим Имам Али оглы, мой прапрадед, позже взял фамилию по имени своего отца, и уже в Кавказском календаре на 1846 год в Бакинском уездном училище [3] он отмечен как «Законоучитель Магометанского Исповедания: Молла Абдул Рагим Имам-Алиев[4]», отчество которого стало фамилией. А у старшего сына Мирза Абдул-Рагима, моего прадеда, при поступлении в Бакинское уездное училище полное имя уже было: Зейнал Абдин Мирза Абдул-Рагим оглы Имам-Алиев.Правда позже прапрадед и его сыновья укоротили свои фамилии, отбросив «Имам», и они, и мы, их потомки, стали «Алиевы».

Семейные реликвии от Бакинского уездного училища

В семье сохранились две старинные книги, представляющие интерес в связи с обсуждаемой темой: «Словарь церковно-славянского и российского языка» Соколова в 2-х томах, 1829 года издания и «Руководство к познанию Всеобщей политической истории» профессора И.Кайданова в 2-х частях, «Древняя история» и «История средних веков» (издание 1834 года, С.Петербург), подаренные учащемуся, будущему выпускнику Бакинского училища, моему прадеду, с дарственными надписями: «За хорошие успехи в науках и примерное поведение дана сия книга вместе со второй к ней частию ученику 2 класса Бакинского уездного училища Зейналу Имам-Алиеву во время публичного испытания бывшего 9 июня 1839 года. Исправляющий должность Смотрителя Городенский», гербовая печать с двуглавым орлом и надписью «печать Бакинского уездного училища». Вторая книга с аналогичной надписью и печатью была подарена ему 9 июня 1840 года. В своем возражении газете «Баку» в 1988 году, когда еще не было книги Э.М.Ахмедова [1] и не были известны другие источники [3,4], я ссылался именно на эти документы.


Aliev uch.jpg
Титульный лист «Словаря церковно-славянского и российского языка» Соколова. 1829 год
с дарственной надписью от 9.06.1839 года Зейналу Имам-Алиеву



Aliev nagr 2.jpg
Титульный лист «Руководства к познанию всеобщей политической истории» профессора И.Кайданова. СПБ. 1834 год
с дарственной надписью от 9.06.1840 года Зейналу Имам-Алиеву

Развитие города Баку и уездного училища

С ростом города, помимо купцов, торговцев, росло число дворян и чиновников, духовных лиц и учащихся. Проф. Казанского Универститета И.Н.Березин, совершивший в 1942 году путешествие в Баку, писал, что в Баку было 156 дворян, в том числе 57 служащих гражданского ведомства, и 43 бека. Из 155 лиц духовного звания 138 были мусульманской веры, 16 армяно-григорианской и 1 православной[5].

В 1849 году в Баку вместе с построенными за пределами крепости было уже более 1600 домов, а население составляло 8 120 человек. А после шемахинского землетрясения 1859 года, когда Баку стал губернским городом, его население резко возросло, и в 1860 году составило 11 740 жителей [6].

Росло и Бакинское уездное училище. В 1846 году в уездном училище вместо 22 уже было 56 учащихся и вместо 2, как в 1832 году, уже 5 учителей [3]. Исправляющим должность Штатного Смотрителя (по нашему-директором) оставался Титулярный Советник Степан Иванович Городенский (его же подпись стоит на дарственной книге моему прадеду Зейнал Абдину). Кроме моего прапрадеда Абдул Рагима Имам-Алиева, появились Законоучитель Армяно-Григорианского Исповедания Месроп Захарьевич Асланов, учителя Бежан Егорович Хаджибадалов и Соломон Артемьевич Вартанов [3,4].

В 40-х годах для уездного училища в Баку было построено специальное здание и часть учащихся, приехавших из других городов и сел Азербайджана, а также учащиеся из нуждающихся семей могли жить при самом училище на полном пансионе, больше времени уделять занятиям.[1]Это здание располагалось на форштадте, на самой ближней улице к крепости, которая впоследствии была названа Губернской (ныне ул.Низами) [4]. Позже в этом здании располагались прогимназия, гимназия и Реальное училище (до переезда в новое здание на Николаевской улице – ныне Истиглалиййат), а с 1938 года – Институт геологии АзФАН СССР. Ныне на месте БУУ находится здание Международного банка Азербайджана и частично здание ISR Plaza.

При Бакинском уездном училище имелась библиотека, в которой находилось 746 книг, в несколько раз больше, чем в любом другом уездном училище Закавказского края [4].

После разрушительного шемахинского землетрясения в 1859 году в Баку были переведены все губернские учреждения, в том числе 4-х классное Шемахинское училище вместе со всеми учителями, и губернское училище в Баку стало 4-х классным, а Бакинское 3-классное училище с учителями было переведено в Шемаху. В это же время Мирза Абдул-Рагим Имам Али оглы Алиев уволился из училища.

Сотрудничество с академиком Б.Дорном

Новые сведения о первом учителе азербайджанского языка и шариата после его ухода из ББУ и о событиях полутора вековой давности довелось узнать благодаря недавно обнаруженному Сергеем Колтуновым - энтузиастом изучения истории Баку, «Отчету об ученом путешествии по Кавказу и южному берегу Каспийского моря академика Б.Дорна» [7].
Встретив в отчете неоднократные упоминания о Мирзе Абдул-Рагиме, моем прапрадеде, помогавшем академику в исследованиях древних преданий и изучении языковых наречий иранского корня, Сергей переслал его мне.

Борис (Бернгард) Андреевич Дорн (1805-1881) – востоковед, академик Санкт-Петербургской Академии наук, был профессором СПБ-ского Универститета и директором Азиатского музея. Автор основополагающих трудов по истории, географии и этнографии народов Кавказа и Каспийского побережья, в том числе Азербайджана.

С сентября 1860 по июнь 1861 года акад. Б.Дорн путешествовал по Кавказу, Азербайджану и вилайетам Каспийского побережья Ирана, и между разъездами около 3 месяцев был в Баку. Главной целью путешествия было исследование языков персидского корня, употребляемых на Кавказе, снятие снимков с древних надписей, приобретение рукописей, монет и других редкостей.

В Баку акад.Б.Дорн приступил к составлению переводов для планируемых занятий «по изучению Гилянского языка в Реште, Талышского языка в Ленкоране и Татского языка в Баку, т.е. в тех областях, где эти языки находятся в употреблении».

Он пишет:

«…я поручил уже давно здесь всем известному Бакинскому Персиянину Мирзе Абдул-Рагиму, который занимал прежде должность мусульманского законоучителя при Бакинском уездном училище, собрать сохранившиеся в Баку народные предания и другие исторические известия и изложить всё это на Татском языке с Персидским переводом. Между тем, сын Мирзы, Зейнал-Абдин, состоящий переводчиком при Бакинской таможне, взялся перевести по Татски рассказы, изданные мною на Персидском и Мазандеранском языках.» (стр 253).

Оказывается, что кроме арабского, тюркского, персидского и русского языков, о которых нам было известно, прапрадед знал и близкий к персидскому татский язык, а прадед до получения чина Титулярного советника работал переводчиком в Бакинской таможне. Но почему акад. Б. Дорн коренного бакинца называет Бакинским Персиянином. Быть может, после присоединения Азербайджана к России он называет бакинцев по-старому персиянами, как потом часто иностранцы нас называли русскими?!

Направившись в Решт, акад.Б.Дорн изучил там Гилянский язык, а вернувшись в Баку 19 декабря 1860 года, пишет:

«…В Баку я занялся приведением в порядок бумаг и привезенных с собою материалов, преимущественно же стал изучать Татский язык. Для последней цели некоторое время ежедневно посещал меня Мирза Абдул-Рагим.» (стр 265).
И далее: «…Как о немаловажных источниках к изучению истории Ширвана, должен я упомянуть о пяти Персидских и двух Турецких фирманах, из мечети над гробницею шейха Абу-Саид-Абуль-Хайра (сконч. в 440=1049 г.) в Баку, и о пятнадцати актах того же рода на Персидском языке, из Биби-Гайбета-мусульманское священное место близ Баку (Биби-Эйбат З.А), которые по моей просьбе списаны Мирзой Абдул-Рагимом.» (стр 266).

В Ленкоране акад. Б. Дорн в апреле 1861 года занялся изучением Талышского языка, собрал стихи, рассказы на Талышском языке, сделанные муллой Асадуллой, и замечания по грамматике этого языка. По пути в Дербент, проезжая через Кубу, знакомится с генерал-майором Джафар-Кули-Агой, братом Аббас-Кули-Ага Бакиханова, труды которого высоко ценил, в особенноси, «Гюлистан-и Ирам». Джафар-Кули-Ага обещал Б.Дорну доставить посмертный труд своего брата по истории Кавказа, а также похлопотать на счет собрания восточных рукописей, оставшихся после покойного Аббас-Кули-Ага. Возвратившись в Баку 30 мая 1861 года акад.Б.Дорн пишет:

«…Вместе с художником Гиппиус отправился в Шихали (Шихово – З.А.), деревню в семи верстах от Баку, где покоится гробница мусульманской святой Биби-Гайбет. Мы сняли надписи, находящиеся на стенах строения, а мой спутник срисовал прекрасный вид самого места. История мусульманской святой Биби-Гайбет помещена в народных преданиях, собранных Мирза Абдул-Рагимом на Персидском и Татском языках.» (стр 280).
Zaur sea view Gippius 1860.jpg
Баку. Вид с моря. рис.худ. Гиппиус.1860 г. «Атлас к путешествию Б.А Дорна по Кавказу и южному побережью Каспийского моря»


Как видно, мой прапрадед Мирза Абдул-Рагим собирал народные предания, касающиеся Биби-Эйбата и мусульманской святой, которые передал акад. Б.Дорну. Дорн пишет, что и Записку прапрадеда в Биби-Эйбат шейху Джеваду передал в Азиатский музей. (стр 291).


Zaur Bibi Geibat ХIII cent ruind 1932.jpg
Биби-Эйбатская мечеть ХIII века, разрушенная в 1932 году

Следует отметить, что во времена борьбы рода Курейшитов – правителей Мекки, со сторонниками пророка Мухаммеда, бежал и святой Имам Риза со своим семейством, которое разъединилось. Дочь Имама и его сестра попали в окрестности Баку, поселились на месте Шихово, где и скончались. На месте погребения мусульманских святых- дочери и сестры Имама Ризы были построены гробница-усыпальница, считавшаяся священной, вместе с мечетью. У дочери Имама Укейма ханум был слуга Эйбат, похороненный тут же. Так как Эйбат называл Укейма ханум «биби», то и мечеть стали называть «Биби Эйбат», т.е. мечеть «тети Эйбата». После постройки мечети вокруг неё поселились шейхи, и деревню стали называть Шейхова или Шихово.

Главными результатами путешествия акад.Б.Дорна стали монография «Материалы к познанию иранских наречий» ч.1 и 2. СПБ 1860-1866 г.г., труды «К изучению истории Ширваншахов», «История Ширвана при правителях и ханах (1531-1820), на основе фарсидских источников» - первые исследования в русском востоковедении по истории Ширвана.

Кроме того, Б.Дорн привез в дар Азиатскому музею в Петербурге не только 15 рукописей на арабском, персидском, татарском (азербайджанском –З.А.), индийском языках, 50 Персидских и Турецких документов из Баку, Биби-Эйбата, Сальян и Мцхета, пособия по изучению Мазандеранского, Гилянского, Талышского и Татского языков, древние золотые, серебряные и медные монеты и письма, но и исторические материалы списанные и собранные Мирза Абдул-Рагимом Имам Али оглы.

Умер Гаджи Мирза Абдул-Рагим Имам Али оглы в 1862 году.

Развитие азербайджанского языка

А.К.Бакиханов в обращении к главноуправляющему Закавказским краем барону фон Г.Розену в 1832 году предлагал, чтобы, наряду с русским и азербайджанским в училище изучался бы и персидский язык, «…ибо он по письменной части есть общий в большей половине Азии и все книги и письменные сношения жителей нашего края производятся на персидском языке. Зная персидский язык, они смогут писать по-азербайджански, коим говорят. Если же кто выучится только азербайджанскому языку, тот будет чужд письменных народных сношений и книг». Однако ему было отказано, и, как видно из докумена [3], главноуправляющий Закавказским краем больше внимания уделял изучению в Бакинском училище армянского яэыка и Армяно-Григорианского Исповедания.

Вместе с тем, жизнь показала преимущества и прогрессивную роль изучения азербайджанцами письма и чтения как на родном языке, так и на русском, открывшем «окно в Европу». Вскоре были созданы учебники и учебные пособия на азербайджанском языке. К услугам учеников были представлены не только новейшие книги и печатные издания богатой русской литературы и науки, переводы европейских книг, но и книги уже начавщие издаваться на азербайджанском языке, что было очень важно. Смотритель Шемахинского училища М.И.Сараджев составил «Хрестоматию» на азербайджанском языке. Л.Будагов и М.Макаров издали букварь и грамматику азербайджапского языка, М.А.Казем-Бек в 1839 году в Казани издал «Общую грамматику турецко-татарского языка», которой, несмотря на сложности, пользовались в училищах Закавказья. Постепенно появились учителя и учебные пособия и по светским дисциплинам на азербайджанском языке.

Мне довелось в юности видеть обширную библиотеку книг деда и прадеда на азербайджанском языке, в том числе 3 толстенных тома Корана с комментариями на азербайджанском языке в синем переплете (которые, в отличие от родителей, я, советский школьник, к сожалению, не мог читать из-за арабского шрифта), а также многие книги и редкие энциклопедические издания на русском языке. Многие из этих бесценных книг были уничтожены в 1948–50 годы – время второй волны репрессий и «борьбы с космополитизмом».

Аббас-Кули-ага Бакиханов, выдающийся азербайджанский просветитель и ученый, помогал работе училища и поощрял изучение наук, получение знаний и светского образования детьми мусульман. Обращаясь к современникам и потомкам, он писал:

«Вникая в дела человеческие я убедился, что нет ничего прочного на земле, что богатство и власть подвержены потере, что высокое происхождение без личных достоинств в чужой земле остается неизвестным, а в своей причиняет стыд, и что только одна наука, проявившаяся в умственных произведениях, может доставать вам счастье на земле и продлить здесь наше существование по смерти».
Как это верно во все времена…

Бакинское уездное училище почти 180 лет назад положило начало развитию светского образования в нашем городе. Из стен училища вышли первые выпускники, образованные люди, знающие светские науки, азербайджанский и русский языки. Новые веяния в образовании и науке сформировались в недрах старой культуры азербайджанского народа, это было началом расцвета культурной жизни Баку и Азербайджана, последующих десятилетий.


Примечания:

  1. Статья о его старшем сыне Алиеве Зейнал Абдине - первом азербайджанском профессиональном скульпторе
  2. Статья о его сыне экономисте и государственном деятеле Алиеве Искендере
  3. Статья о её сыне геологе Джафаре Кязимове
  4. В "Кавказском календаре" на этот и последующие годы имя приводится с ошибками. Поэтому в данной статье написание имени исправлено в соответствии с написанием в нотариально заверенных семейных наследственных документах


Использованная литература:

1. Э.М.Ахмедов «А.К.Бакиханов: эпоха, жизнь, деятельность». Элм. Баку. 1989.
2. Ю.Т.Тузинкевич. «Первая перепись населения Баку».Доклады АН Азерб.ССР. т.II. №6. 1946.
3. «Кавказский календарь на 1846 год». Тифлис 1845 г. Сайт «Our Baku».
4. Бакинское уездное училище 1832 года, января 17. Сайт «Our Baku».
5. И.Н.Березин. Путешествие по Востоку. т.1. Путешествие по Дагестану и Закавказью. Казань. Изд.2.1850.
6. М.Шекинский. Об истории города Баку (на азерб.языке).1961. Центр. госуд.историч.архив Азербайджана.
7. Отчет об ученом путешествии по Кавказу и южному берегу Каспийского моря академика Б.Дорна. СПБ. 1860-1861.



Здание училища на Губернской улице угол Армянской


При полном или частичном использовании статьи ссылка на наш сайт обязательна.

comments powered by Disqus
Рекомендация close

Главная страница